– Ангел, что ли?
– Мимо, логичная моя! Демон. Ди – коротко от «Диабло». Или «диаметральный». А может, «дилемма»? Твой же ангел-хранитель – мой безыдейный наниматель. Он печётся о твоей судьбе, а я делаю так, чтобы эта судьба переменилась – видишь, как выходит?
– А-га, – Ребекка даже усмехнулась. Нелепость ситуации отвлекала от её опасности.
– Ребекка! – строго прикрикнул Ди. – Не заставляй меня являть чудо, чтобы ты поверила. Как раз в моих интересах, чтобы ты как можно скорее померла от упрямства и мучилась сожалением по пути в ад. Но так неинтересно, ведь не зря существует жизнь земная: здешние страдания тоже нужно вынести. Непременно нужно, Ребекка.
– Знаешь, что? А покажи мне чудо.
– Так, значит, да?
Диабло очертил ногой круг на земле и поспешно отпрыгнул в сторону. На мгновение пол зарделся ядовито-зелёным, а затем из этого ореола вылетел толстый мужчина во фраке. Его полупрозрачный призрак, если точнее. Он будто всё это время падал, но в противоположную сторону – от пола к потолку. Теперь же, столкнувшись с гравитацией, толстяк неуклюже приземлился на четвереньки. Ребекка узнала в этом мужчине богатого банкира – одного из шести невезучих, что ввели себе под кожу ампулу в прошлом обиталище мистера Шмидта.
Богач судорожно озирался по сторонам, будто не верил своим глазам – о, в этом он был не одинок! Когда он открыл рот, вместо него, но его словами и голосом заговорил мистер Ди:
– Ложь! Это была ложь! Столько месяцев… впустую! Разве это похоже на ад? Где обещанная Геенна Огненная? Лучше бы у меня сейчас волдыри лопались от жара, но вместо этого я в одночасье сошёл с ума, хотя у меня даже ума быть не может – я же… ха-ха, ха-ха-ха…
Мистер Ди закашлялся. Пропал призрак, потух свет. Диабло вытер проступившие слёзы.
Ребекка приоткрыла рот и смотрела куда-то сквозь пол, едва заметно подёргивая белой бровью от напряжённой мысли.
– Это последствия твоей пилюли? – наконец спросила она, но надежда в её голосе была столь тусклой, что к концу фразы совсем испарилась.
– Из думающих, да? – Диабло закивал, как кивают смирившиеся с горькой судьбой. – Я твою просьбу выполнил – показал чудо. Ну, а у тебя, как известно, свобода выбора, – последние слова Диабло чуть не выплюнул, театрально разведя руками. – Повторю, так и быть: не будешь лечить людей рядом с собой – погибнешь сама. Таковы мои условия и предостережение твоего ангела-хранителя. С этой секунды ты вольна сама решать, верить в это или нет. Но знай: если решишь повиноваться, делай это в своём родном обличии, ибо ложь в виде «мистера Шмидта» тоже неугодна моему нанимателю.
Мистер Ди чеканно кивнул и стремительно вышел из хижины, захлопнув за собой дверь. Она тут же распахнулась снова от силы удара, но за ней уже никого не было.
III
Ребекка лежала на спине, сложив руки на груди и вытянув ноги – ступни свисали с края дивана. Что ей было выгоднее? Если она поверит в слова Диабло, то потеряет всё нажитое за пять лет: рутину, опыт, репутацию, заработок, наконец. Но если Ребекка рискнёт не поверить…
В чём, в сущности, заключались условия мистера Ди? Сейчас Ребекка испытывала лёгкое недомогание, сравнимое с простудой. Будет ли её состояние постепенно ухудшаться, или всё будет зависеть от недугов окружающих? К примеру, если кто-то сломает ногу, пронзит ли острая боль мисс Амварт? Ребекка мысленно выругалась на Диабло за то, что тот так легкомысленно сбежал, не потрудившись разъяснить ей детали, впрочем, перед глазами девушки всплыло самодовольное лицо нового знакомого – он и не стал бы разъяснять. Всё упиралось в то, примет ли она теперь новые правила игры.
Когда встревоженные жители открыли дверцу хижины, внутри они нашли лишь мужскую одежду, аккуратно сложенную на диване. К тому времени Ребекка Амварт была уже далеко от зелёной деревни.
В ближайшую канаву она высыпала все запасы дисульфирама – именно нещадное количество этого желтоватого порошка в «чудесных» ампулах мистера Шмидта покалечило душу аптекаря десятками, если не сотнями убитых.
***
Ребекка решила уйти дальше на юг, где её лицо не могли знать, а о мистере Шмидте и подавно не слышали. Головная боль, тяжесть в груди и покалывание в пальцах были спутниками девушки на протяжении всего пути. Привыкшая со времён института искать рациональное зерно в любой болезни, Ребекка сравнила своё состояние с заполненным сосудом: недуги других вычерпывали из него воду, необходимую для жизни, а лечение людей восполняло запасы столь драгоценной – какая ирония – жидкости.