Разумеется, даже в своём лучшем платье Ребекка не могла перещеголять педанта Дэниеля – оставалось чистейшей загадкой, откуда у него столько изысканных костюмов. Впрочем, наряд господина Окнада едва ли сочетался с его угрюмейшим выражением лица… глаз. Обязательным требованием для всех гостей было ношение маски, но не как на знаменитых карнавалах, а простой медицинской. Некоторые, тем не менее, подошли к вопросу творчески и украсили свои тряпичные маски бусинами или нитками. Кто-то даже сделал нечто наподобие маски чумного доктора. Если подумать, в этом был свой шарм.
Дэн стоял у стены и отпугивал гостей хмурым видом. Всех, кроме Ребекки, которая привыкла к его высокомерным замашкам. Она завела руки за спину и прислонилась к стене, перекатываясь с пятки на носок. Девушка весёлым взглядом обвела зал, затем повернула голову к иммунологу, на что тот лишь неодобрительно покачал головой. Аптекарша вздохнула и закатила глаза.
– Не ведают, что творят, да?
– Даже не пытайся – я прекрасно помню, что ты поддержала это безумие.
Теперь девушка развернулась к доктору всем телом.
– Может, это знак? Сама судьба намекает, что пора меняться: всё это время мы не слушали друг друга, пытались доказать каждый своё, добиться расположения Седонов, – Ребекка более суетно оббежала глазами зал, но так и не нашла стройную черноволосую фигуру. – Нам хоть что-то это дало?
– Я потешил свою несоразмерно высокую самооценку.
Дэниель произнёс это с таким серьёзным выражением, что до Ребекки не сразу дошло, что это был шутка. Шутка! Из уст человека, который был похож на кладбищенского ворона. Такие волшебные «плоды» давал приезд Агнет?
Бесс рассмеялась, уронив голову на грудь. Именно в этот момент к ним подошла Агнет Иратилим, которую сегодня называли «хозяйкой вечера». Её глаза были дружелюбно сощурены, но из-за маски нельзя было понять, улыбалась ли она на самом деле – Ребекке почему-то казалось, что нет. Оба доктора моментально отстранились друг от друга, Дэниель прочистил горло.
– Итак, все собрались, – Агнет оглядела зал, подёргивая пальцем в воздухе, будто пересчитывала гостей, – можем начинать вечер. Танцем, разумеется.
Миссионер впилась взглядом в докторов, те переглянулись между собой. В глазах Дэна мелькнуло если не отвращение, то страх, Ребекка же просто фыркнула.
– Вы специально подобрали наряды под цвет жидкостей ходучки? – Иратилим кивнула на их одежды.
Врачеватели ещё раз осмотрели друг друга, почти одинаково опуская и поднимая головы. Действительно: Ребекка была в тёмно-бордовом платье с фатиновыми вставками и поддельными рубинами – как кровь, а фрак Дэниеля с узорами из пайеток на плечах был не его любимого чёрного, а бежевого цвета. Как гной. Это было смешно на грани нелепости.
– Ни в коем случае, – буркнул Окнад.
– Но совпадение красивое, так что вы будете открывающей парой.
– Нет! – одновременно выпалили Ребекка и Дэниель.
– Вы доктора. На вас смотрят с надеждой – не только сегодня, но и каждый день. Ваша задача на вечер – настроить людей на праздник, отвлечь от беды, – Агнет с весьма угрожающим видом кивнула в сторону танцплощадки.
В знак протеста Амварт сложила руки на груди, а вот предатель Дэниель задумчиво почесал подбородок, после чего подставил локоть аптекарше. Та подозрительно покосилась на него.
– Ты вообще не хотел идти, а теперь танцевать рвёшься?
– Мы должны подать людям пример – это так. По-моему, госпожа Иратилим лишь намекает, что пора меняться.
– И где Вы были раньше, госпожа Иратилим!
Ребекка совершенно неохотно положила ладонь на локоть своего «партнёра» и тихо простонала. Агнет кивнула и чеканящим шагом ушла к граммофону.
– Ты танцевать хоть умеешь, доктор медицинских наук? – бросила Бесс.
– В институте были ежегодные балы. Я куда больше беспокоюсь за тебя.
– Меня по балам таскал муж матери.
Приглушённые звуки музыки эхом отскакивали от стен завода. Мелодия была отдалённо знакома Ребекке, но она всё равно позволила Дэниелю вести танец. Благо, докторам было удобно танцевать друг с другом из-за одинакового роста.
– Вальс – не лучший выбор для вечера, на котором у половины гостей кашель или другие проблемы с дыханием, – протянул Окнад и тут же, чуть не сбившись, продолжил вполголоса отсчитывать такт.