Ребекка несколько раз постучала в дверь левого дома и, не дождавшись ответа, толкнула её рукой; дверь без труда поддалась. С пола тут же поднялись клубы пыли и песка. Скромная наружность дома сполна компенсировалась его внутренним убранством: узорчатый деревянный пол, резные перила на винтовой лестнице, люстра с витражными клапанами, ковры на стенах. Каждый предмет источал какую-то невысказанную печаль.
Ребекка нерешительно прошла в следующую комнату. Она была полностью круглой; здесь стоял камин, накрытый белым полотном рояль и, судя по следам на стенах, когда-то стояли и стеллажи с книгами. Амварт обошла комнату и прокрутилась вокруг себя.
– Питер, Вы дома? – решилась крикнуть она.
Сесть в комнате было негде, поэтому девушка прошла в противоположную дверь, однако та вела на кухню. Ребекка вернулась в круглую комнату, и взгляд её зацепился за большой портрет над камином: кудрявая светловолосая девушка в струящемся античном платье стояла в гроте, элегантно поставив ножку на камень.
Ребекка всматривалась в её светлейшие, почти бесцветные глаза, когда задняя стенка камина со скрипом поднялась, и в открывшемся проёме показался мужчина. Он быстро встал на ноги, схватил с камина подсвечник и направил его на Ребекку; та до такой степени перепугалась, что застыла на месте.
– Вы… Питер?
– Кто велел тебе искать его здесь? – голос был резкий, чеканящий, словно гравий.
Ребекка стала рассматривать появившегося столь внезапно гостя. Среднего роста поджарый мужчина в выглаженном тёмно-красном мундире, но при этом домашних тапочках; коротко остриженные русые волосы топорщились, что, впрочем, не выглядело чужеродным на столь опрятном человеке. Тусклый свет с улицы обрамлял широкое лицо с выраженными скулами и подбородком, а под глазами копились тени.
– Так Питера здесь нет? – заметив у своего собеседника признаки усталости, Ребекка ненадолго осмелела.
– Я тебя впервые вижу, и ты вошла в этот дом – ты точно чужачка. Зачем тебе Питер?
– Если встретиться с ним невозможно, могу я увидеть Алек… господина Иратилима?
– Он перед тобой, – мужчина вздёрнул подбородок.
– Вот как! Вы верно заметили, господин Иратилим, я не из этих краёв. Мне сказали, Вы поможете. Я ищу жильё.
– Тот, кто сказал тебе это, затем отправил тебя к Питеру? Ты вообще знаешь, что в этот дом нельзя входить?
– Да, после смерти… – на мгновение сердце перестало биться – если назвать не то имя, всё будет кончено. – Катрины. Мои соболезнования.
Александер наклонил голову набок, изогнулся и отшагнул в сторону, как хищная птица, подбирающаяся к добыче. Его глаза сверкнули, а уголки губ дрогнули.
– Кажется, я понимаю. Чувствительная особа побоялась идти к Александеру Иратилиму, сторожевому псу и начальнику города, – он развёл руками, стукнулся одной о камин и тут же поставил туда подсвечник. – Уверяю, я самый обыкновенный человек. Ты ищешь жилище? Это будет удобнее сделать из моего дома, тут даже карты нет.
Александер указал было на дверь, но осёкся и полез обратно в каминный проход, поманив за собой Ребекку.
Они оказались в некоем подобии металлического тоннеля, в котором гулким эхом раздавались звуки шагов, и по нему попали в соседний дом. Здесь всё, напротив, дышало жизнью: было светло, много цвета. Хотя сама комната выглядела более аскетично. Ребекка поправляла юбку, когда её внимание привлёк юноша, сидевший на полу в углу комнаты, скрестив ноги. Длинные спутавшиеся волосы грязно-каштанового цвета спадали на лицо, поверх простой рубашки и приталенных штанов на плечи был накинут махровый халат. Юноша сосредоточенно собирал объёмную деревянную фигуру какого-то механизма и даже не заметил вошедших.
Иратилим едва слышно вздохнул.
– Питер! – он крикнул так, будто звал из другой комнаты, но юноша всё равно даже не повернулся. – Вот, кто искал тебя в заброшенном доме. Можешь познакомиться.
Александер быстро кивнул Ребекке, как бы требуя назвать своё имя. Девушка растерялась и выпалила первое, что пришло в голову:
– Леди Бесс.