— Я же говорила тебе, что буду бороться с несправедливостью, не так ли?
Соло кивнул ей в знак уважения.
— Я никогда не видел ничего подобного. Спасибо.
— Тебе повезло, что Хан сдался, — сказала Дарлин Етти. — Тебе бы не понравился мой план «Б».
Етти опустил руки, когда на него больше не нападали.
— Каков был твой план «Б»?
— Я собиралась тайком вынести тебя отсюда в футляре для контрабаса и забрать домой. Но с твоим ростом это было бы слишком, и я не знаю, насколько хорошо ты бы там дышал.
— Что значит «домой с тобой»? На Родину? — Етти подергал себя за губу.
— Да. Я подумала, что ты предпочел бы жить без мяса и алкоголя, чем не жить вообще.
Кадык Етти заходил ходуном.
— Ты бы забрала меня к себе домой?
— Да. — Дарлин сказала это так, словно это было само собой разумеющимся.
— Ты же знаешь, что они предоставляют вид на жительство только женатым мужчинам, верно?
Дарлин откинула голову назад, чтобы посмотреть на Етти.
— Я не боюсь тебя, если ты об этом спрашиваешь.
Етти моргнул.
— Нет, я думаю, ты бы не боялась, если бы захотела выйти за меня замуж.
— Что ж, теперь нам не обязательно жениться, раз ты свободен.
На губах Етти появилась легкая улыбка.
— Ты бы все равно согласилась выйти за меня замуж?
Дарлин усмехнулась.
— Ты же не серьезно.
— О, я никогда в жизни не был так чертовски серьезен. — Етти придвинулся к ней поближе. — Видеть, как женщина противостоит Хану и Магни, чтобы спасти мою несчастную задницу, — это, пожалуй, самое безумное, что я когда-либо видел. Я не знаю, откуда ты взялась, но ты задиристая женщина.
Дарлин выглядела немного обиженной.
— Да, мой зад немного больше, чем у большинства. Но называть это плохим в лицо — грубо.
Я рассмеялась.
— Нет, Дарлин, ты неправильно поняла. Етти не имеет в виду твою настоящую задницу. Задиристость — это его способ сказать, что ты сильная и удивительная.
— Ой. — Она немного расслабилась, но Етти все еще был в восторге от своего неожиданного помилования и с озорным блеском в глазах пошутил:
— Я не знаю. Почему бы тебе не повернуться, чтобы я мог получше рассмотреть твою задницу? Больше, чем у большинства, по-моему, звучит заманчиво. — Он подмигнул ей. — Я жадный человек и люблю, когда есть за что подержаться.
— Ха. — Дарлин скривила лицо. — И это говорит человек, который две минуты назад побоялся невинно обнять меня. Я не почувствовала, что ты за что-то держишься.
Мой большой друг уставился на нее с недоумением, а затем перевел взгляд на меня.
— Она настоящая?
— Думаю, да.
Он облизал губы и посмотрел прямо на Дарлин.
— Ты позволишь мне обнять тебя?
— Почему ты спрашиваешь меня об этом после того, как я уже обняла тебя?
Как только она закончила фразу, Дарлин повисла на руках Етти, а он сжал ее в медвежьих объятиях.
— Ты самая потрясающая женщина в мире!
Я взяла Соло за руку, и мы улыбнулись друг другу. Несколько минут назад мы боялись за жизнь Етти, а теперь он флиртовал с Дарлин и казался невозмутимым.
— Отпусти меня, — настаивала она, но ее руки были на его мускулистых плечах. — Я слишком тяжелая.
Етти откинул голову назад и рассмеялся.
— Как насчет того, чтобы проверить, как далеко я смогу тебя унести? Держу пари, мы могли бы спрятаться за кустами, чтобы я мог поцеловать тебя.
Они смеялись вместе, когда мы уходили.
Глава 26
Переполненная спальня
Уиллоу
Мы с Соло провели вместе весь вечер, разговаривая, держась за руки и гуляя по парку. Когда мы добрались до тихого уголка, где никого не было видно, он затащил меня за дерево и соблазнил заняться с ним сексом на открытом воздухе.
Не то чтобы меня было трудно убедить. После того, как я признала, что все еще люблю Соло, мое влечение к нему вышло из-под контроля. В этом все еще чувствовалось что-то запретное, хотя я предполагала, что к этому времени слухи уже должны были дойти почти до каждого, поскольку многие видели нас сидящими вместе в кинотеатре под открытым небом.
Мои мысли обратились к Хантеру, но, зная его, я понимала, что ему нужно время, чтобы зализать раны, прежде чем он будет готов к разговору.
Мы пропустили ужин, чтобы провести больше времени наедине. Еда казалась неважной, когда мы могли проводить время за разговорами, поцелуями и занятиями любовью в укромных местах. Когда мы вернулись в поместье, было уже около одиннадцати вечера. Я остановилась, когда мы проходили мимо зеркала, и поднесла руку к лицу.