Ядовитый. Плохой. Красивый. Опасный. Мои мысли были в полном беспорядке, и я до боли сжала руки в кулаки по бокам в отчаянной попытке собраться с мыслями, прежде чем снова встретиться лицом к лицу с Соло.
Глава 10
Угроза
Соломон
— Привет. — Мое лицо было суровым, пока я ждал, что Уиллоу поприветствует меня в ответ.
Она этого не сделала.
— Могу я с тобой поговорить?
Уиллоу сдержанно кивнула, поэтому я жестом пригласил ее идти первой, не обращая внимания на взгляды других мамаш.
Как только мы снова оказались в фойе, я повел ее за угол в пустой тренажерный зал с ковриком для борьбы.
— Что ты здесь делаешь? — Ее слова были резкими и прямолинейными.
Я закрыл дверь и повернулся к ней лицом.
— Я не знал, что ты будешь одной из артистов.
— Ты хочешь, чтобы я в это поверила?
Мои глаза сузились.
— Я когда-нибудь лгал тебе?
— Перл бы предупредила меня. — От того, как она отступила на шаг, словно я представлял для нее чертову угрозу, у меня перехватило горло. — Ты напросился в тур, потому что знал, что я буду здесь?
— Нет! — Мой голос немного повысился от переполнявших меня эмоций. — У меня не было гребаного выбора. Неужели ты думаешь, что я стал бы искать тебя после того, как ты сказала, что ненавидишь меня и желаешь мне смерти?
На ее лице было написано недоверие.
— Магни приказал мне и Етти присоединиться к команде охраны. Я выполняю свою работу, и ничего больше.
— Почему? Здесь полно полиции. Ты им здесь не нужен, и я не хочу, чтобы ты был здесь.
Мои ноздри слегка раздувались. Это было нереально — встретиться лицом к лицу с Уиллоу и увидеть, как ее лицо исказилось от обиды и гнева. Она была как злобный близнец женщины, которую я когда-то считал своей второй половинкой и лучшим другом.
— Мое задание не в том, чтобы защищать тебя. Я здесь, чтобы защитить Сальму Роуз. — Это было неправдой, потому что, хотя Сальма Роуз была моей главной целью, я был обязан защищать всех мамаш в туре.
— Сальму Роуз могут защитить другие. Это не обязательно должен быть ты. Ты все равно не полицейский.
Я выдавил из себя раздражение.
— Думаешь, я не удивляюсь, почему мне приказали быть здесь? Насколько я понимаю, Магни назначил меня на эту мучительную миссию в качестве еще одного гребаного наказания, и ничего больше.
— О, значит, находиться рядом со мной — это наказание, да?
Я застонал и раздраженно опустил голову.
— Поверь мне, есть масса других вещей, которыми я бы с удовольствием занялся, вместо того, чтобы целый месяц нянчиться с гребаными мамочками.
— Не называй нас мамочками, это невежливо.
Я уже начал уставать от ее упреков.
— Добро пожаловать в Северные земли, мы чертовски грубые и несносные. Раньше тебе это в нас нравилось.
Она наклонилась вперед.
— Раньше мне нравилось многое из того, что теперь я ненавижу. Некоторые из нас учатся на своих ошибках, в то время как другие — нет. Я слышала, ты зарабатываешь на жизнь тем, что причиняешь боль и убиваешь людей, но, думаю, это у тебя всегда получалось лучше всего.
Внутри я кипел от злости. Уиллоу понятия не имела, о чем она говорит. Но годы тренировок по подавлению эмоций принесли свои плоды, и я сохранил бесстрастное выражение лица. Это только заставило ее глубже вонзить нож в мое сердце, чтобы добиться реакции.
— Как ты вообще спишь по ночам после всего, что натворил?
Каждый мускул моего тела напрягся, а губы так плотно сжались, что я сначала не смог ответить. Когда я наконец заговорил, мой голос был хриплым и полным сдерживаемой ярости.
— Я защищаю женщин и их детей от мужчин, которые их недостойны. Я прижимаю крупных мужчин к стене и душу их, чтобы они для разнообразия могли почувствовать себя маленькими и посмотреть, как им это понравится. Я обращаю насилие на обидчика.
Уиллоу приподняла бровь.
— А если мужчина насилует свою жену, что тогда? Ты его тоже насилуешь?
Я тихо прорычал:
— Если мужчина насилует свою жену, я убиваю его.
— Так это правда? Ты убиваешь людей?
— Да. — Я отвернулся, чтобы она не увидела, как я закрыл глаза. Но невозможно было избавиться от впечатления, которое оставили на мне эти восемь мужчин. Их лица мелькали, как проекции, на моих веках, и мне пришлось загнать мрачные воспоминания обратно в потаенный уголок моей души, где я держал их взаперти.
— Это делает тебя убийцей.
Осуждение в ее голосе заставило меня повернуться и посмотреть на нее.