— Если ты этого не хочешь, ты можешь уйти.
Когда я все еще не пошевелилась, он обнял меня за талию и притянул к себе.
— Я так и думал.
— Тристан и я… — начала я, но он закрыл мне рот пальцем.
— Я не хочу слышать о нем сейчас. Открой дверь, Уиллоу.
Я покачала головой, но это только заставило его протянуть руку.
— Тогда дай мне ключ.
— Комната не заперта, — прошептала я тихо, как будто мой голос пытался скрыть то, что я делала, от моего мозга, который выкрикивал предупреждения.
— Как удобно. — Соло открыл дверь и махнул рукой. — Дамы вперед.
— Это не очень хорошая идея, Соло. Будет лучше, если мы будем не одни. Помнишь, как ты нервничал сегодня утром, что кто-нибудь застанет нас вместе, — продолжала я.
Соло одарил меня одной из своих ласковых улыбок и без предупреждения подхватил меня на руки, как новобрачную, и повел в комнату. Когда он усадил меня, то только для того, чтобы закрыть дверь и запереть ее на замок.
— Я не против поговорить и хотела бы получить ответы на свои вопросы, но, чтобы было ясно, что никаких…
Он поцеловал меня прежде, чем я смогла закончить предложение, и, как и сегодня утром в ванной, я почувствовала, как моя голова наполнилась яркими красками.
— Уиллоу, — пробормотал он мне в губы, и мои руки сами по себе нашли его волосы и вцепились в них.
— Соло, — выдохнула я и поцеловала его в ответ с первобытным желанием большего. Почему запретное должно было доставлять такое удовольствие?
Комната была небольшой, и, целуя меня, он прижал меня к кровати.
— Я ждал этого годы, — пробормотал он мне в губы.
Я закрыла глаза, борясь с протестами и возражениями в своей голове.
— Обещай мне, что никто не узнает, — прошептала я хриплым голосом. — Это будет наш секрет.
Он глухо зарычал, но не согласился.
— Соло, обещай мне, — повторила я, когда он положил руки мне на плечи и слегка подтолкнул, давая понять, чтобы я забиралась на кровать.
Наши тела двигались синхронно, я отступала назад, пока не легла на кровать, а он следовал за мной, словно между нами протянулась невидимая ниточка.
Он ничего не сказал, когда задрал мою футболку и обнажил живот, его руки обхватили мои бедра, а щека с глубоким вздохом прижалась к моему пупку.
Я слегка улыбнулась.
— Тебе всегда нравился мой живот, не так ли?
— Ага. Однажды мой ребенок будет расти там.
— Что? — я нахмурила брови. — Нет, Соло, мы не можем. Это не…
Он поднял голову.
— Ты знаешь это так же хорошо, как и я.
— Соло, в твоих словах нет смысла. — Его слова были одновременно безумными и возбуждающими. — Ты собирался дать мне ответы. В наши планы не входило целоваться.
— Может, это и не твой план, но определенно мой. — Его руки расстегнули мои брюки и, скользнув мне под поясницу, он приподнял меня так, словно я ничего не весила.
Несмотря на мое необузданное желание к нему, я держалась за свои брюки.
— Что, если кто-нибудь придет?
— Тогда ты скажешь им, чтобы они убирались. Особенно, если это Тристан или Хантер.
— Хантер убьет тебя.
— Нет, он бы не стал. Только не тогда, когда ты скажешь ему, что я твоя пара.
Я оттолкнула Соло и заглянула ему в глаза.
— Ты мне не пара.
Он не ответил, но стянул с себя футболку, обнажив свое тело, показавшееся мне самым накачанным из всех, что я когда-либо видела. Его запах мужественности завлек меня и активировал те части моего мозга, которые ассоциировали его с удовольствием и доверием. Я вдохнула и на секунду закрыла глаза, расчувствовавшись. Это не должно казаться таким правильным.
— Ты в порядке? — Его палец скользнул вниз по моему бедру.
— Угу. — Я открыла глаза и позволила своим пальцам исследовать его тело, коснувшись татуировки с компасом на его предплечье, прежде чем перейти к шрамам на его торсе. — О, Соло, — сказала я, сочувствуя всей той боли, которую он, должно быть, пережил. Казалось, его это не смутило, и он наклонился, чтобы снова поцеловать меня.
— Однажды мы пытались заняться сексом, помнишь? — спросил он и задрал мою футболку и лифчик повыше. Я освободилась от ткани и осталась лежать в одних трусиках, продолжая целовать и посасывать мою грудь, как будто ему подали его самое любимое блюдо в мире.
— У нас ведь был секс?
— Почти. Мы пытались, но солдаты помешали нам.
— Я не помню эту часть, — прошептала я, когда чудесное чувство разлилось по моему телу, и воспоминания о том, что я испытывала с ним раньше, вернулись ко мне. — Но я помню, как целовала тебя.