— Почему?
Перл склонила голову набок.
— Потому что пришло время, Соло. Ты стал другим человеком по сравнению с тем, каким был тогда, и вы оба заслужили шанс все исправить.
Я опустил глаза, стараясь не выдать своих чувств по этому поводу.
— В жизни есть способы расставлять все по своим местам. В твоем случае ты причинил боль женщине и теперь помогаешь другим женщинам в качестве члена группы по борьбе с домашним насилием. — Перл одарила меня сочувственной улыбкой. — Мы все знаем, какой ты свирепый воин, Соло. Но никто из нас не в силах вернуться в прошлое и исправить свои ошибки. Все, что ты можешь сделать, — это восстановить равновесие, совершив епитимью.
— Сначала я хотела, чтобы Магни поручил тебе охранять Уиллоу. Мне показалось правильным, что ты совершаешь покаяние, присматривая за женщиной, которую однажды похитил.
— Я ее не похищал. — Я все еще смотрел вниз, но мои слова прозвучали сквозь стиснутые зубы.
Перл громко вздохнула и наклонилась вперед, положив руки на стол перед собой, как будто хотела дотронуться до меня.
— В любом случае, Магни отказался. Он сказал, что это было бы несправедливо по отношению к Уиллоу, поэтому тебе было приказано охранять Сальму Роуз вместо нее. — Она сделала паузу, ожидая моего ответа. Я промолчал.
— В любом случае, Соло, я просто хотела, чтобы ты знал, что мы не пытались наказать тебя еще больше. Мы давали тебе шанс вернуть то, что ты взял.
— Что я взял? — На этот раз я встретился взглядом с Перл.
— Да, мы все должны брать на себя ответственность за свои ошибки, а ты лишил Уиллоу чувства безопасности. Она могла погибнуть. Вы оба могли погибнуть. Вот почему я хотела, чтобы ты вернул ей чувство безопасности, защитив ее.
Для меня это было извращенной логикой мамаш, но я был благодарен Перл за ее разъяснения. Если бы она этого не сделала, мы с Уиллоу не занимались бы любовью сегодня, и хотя все закончилось не так, как я надеялся, я был полон надежд, как никогда.
— Мы знаем, что тебе было нелегко, — продолжила Перл. — Я боялась, что в конечном итоге ты станешь озлобленным и циничным, если будешь жить, не имея возможности поговорить о том, что произошло. Мы, жители Родины, исцеляемся с помощью диалога.
— Может быть. — Я почесал в затылке, видя возможность. — Дело не только в Уиллоу. Но и в Хантере тоже. Думаю, он ненавидит меня больше, чем она.
Лаура и Перл обменялись взглядами.
— У него есть все основания ненавидеть тебя, — сказала Лаура, и ее ярко-рыжие волосы заблестели на солнце.
— А, ясно. А я-то думал, вы любите исцелять людей с помощью диалога. Но, может быть, эта привилегия предназначена для других людей, кроме Хантера?
Перл приподняла губы в задумчивой улыбке.
— Я вижу, что ты делаешь. — Она откинулась назад. — Ты хочешь, чтобы мы помогли тебе помириться с Хантером.
— Я сомневаюсь, что вы сможете. Ненависть, которую он испытывает ко мне, глубока.
Лаура склонила голову набок.
— Может быть, он послушает, если ты сядешь и извинишься перед ним. Просто скажи ему, что теперь ты старше и понимаешь, как неправильно было забирать Уиллоу. И дай ему торжественное обещание, что никогда больше не будешь к ней приставать.
Я прикусил губу и нахмурился. Я никак не мог дать подобное обещание. Я твердо намеревался быть с Уиллоу, согласен Хантер или нет. Я думал о том, как ответить, не раскрывая слишком многого, но тихий смех Перл показал, что она видела меня насквозь.
— Ого, Соло, твоя решительность и преданность достойны восхищения. Ты ведь никогда не откажешься от Уиллоу, не так ли? — Ее глаза были полны жизни и любопытства.
— А Хан отказался бы от тебя? — Я повернулся и посмотрел на Лауру. — А что насчет Магни? Он ведь никогда не отказывался от тебя, не так ли?
— Это было другое дело. Мы с Магни были женаты, и я любила его. Если Уиллоу не любит тебя, то нет смысла ждать ее. — Лаура взмахнула рукой. — В хоре и оркестре есть красивые женщины, почему бы не соблазнить одну из них?
Я нахмурился и откинулся на спинку стула, позволяя языку своего тела ответить за меня.
Перл постучала пальцем по губам.
— Я не против поговорить с Хантером, но, возможно, будет лучше, если это сделает Лаура. Он может затаить на меня обиду за то, что я предложила ему поиграть в футбол на Родине.
Лаура как раз собиралась ответить, когда ее голова резко повернулась при звуке громких гневных криков.
— Где Мэйсон? — Она подскочила с широко раскрытыми от беспокойства глазами. — Если этот парень еще раз ввяжется в драку, клянусь, я…
— Оставайтесь здесь, — приказал я, но она не послушалась. Лаура обошла стол и выбежала из патио, прежде чем помчаться на звук. Я бросился за ней и, благодаря своим длинным ногам, быстро догнал ее. — Это не Мэйсон. — Голоса принадлежали мужчинам.