— Эскадрой командовал коммодор Бактияр Саукконен. Он сбежал от мятежников и рассказал нам, что случилось.
— Ах да, — сказал Грейстрок, качая головой. — Теперь некоторые детали проясняются. Рингбао, ты был не шибко откровенен со мной касательно того странного кирпича и выставил меня в дурном свете перед нашей хозяйкой — возможно, даже навредил соглашению, которого мы достигли. Вечером мы еще поговорим об этом. ’Спожа, — добавил он, — вам нужно только назвать справедливую цену, и завтра же мы передадим вам артефакт. Комиссионные я принимаю в гладиольских векселях или кринтских совах. Если ваши люди подготовят все к семи утра, я обеспечу свидетельство о его происхождении под присягой и с нотариальным заверением. А неприятные события на Ди Больде только добавят ему привлекательности.
— Да, — задумчиво сказала леди Карго, — искусство любит скандал.
Покинув поместье, Хью сделал глубокий вдох.
— Такого я не ожидал.
— Что у леди Карго все же нет Танцора?
— В том числе. Я о том, что мы покинули поместье живыми.
— Что ж, я бы не стал беспокоиться на этот счет. Им было проще позволить нам сходить за Танцором, чем пытками выбивать информацию о его местонахождении.
— Ну раз проще…
— И еще, к твоему сведению. У меня есть небольшое приспособление, которое нейтрализует прослушивающие устройства вроде того, что они установили под солнцезащитным козырьком.
Хью удивленно моргнул, опустил козырек гравимобиля и заметил небольшой опаленный след размером с булавочную головку. Он вернул козырек на место.
— Хорошо, что оно обезврежено. Наверное, они следят за нами.
Грейстрок взглянул в зеркало заднего вида.
— Да, я этого ожидал. Старые привычки. Они думают, что мы приведем их к Танцору и позволим им сэкономить на вознаграждении. Оно не стоит таких усилий. Как только она получит Танцора, сможет просто сказать нам, что уже заплатила — или что не обещала никакой платы, — и мы поверим ей. Но есть крошечный шанс, что мы сбежим со статуэткой. Она не думает, будто мы знаем, что это такое, но уверена, что мы сможем заключить более выгодную сделку с другими коллекционерами Спирального Рукава. Жадность и власть отупляют людей.
— Запомню это на всякий случай.
Щен фыркнул:
— Да, ей следовало предложить достаточную плату, чтобы мы принесли Танцора. Что ж, когда сдадим гравимобиль назад в прокат, Призраку Ардоу должно хватить умения, чтобы слиться с толпой и исчезнуть. Купи одноразовый хэнди, вызови остальных и вели им освободить номера и отступить на запасные квартиры. Леди Карго знает, под какими именами мы снимали номера, и МТК не потребуется много времени, чтобы попросить у правительства Сакена о небольшой услуге. Знаешь кодовое слово?
— Фудир сказал, что это слово «драпать».
Грейстрок покачал головой:
— Терране!
— Знаешь, Щен, если только Тодор не лгал в «Нежном звере»…
— Да. Танцор должен быть у этого коммодора Саукконена. Когда его офицеры узнали, что это такое, соблазн оказался для них слишком велик. Зачем отдавать его председателю, если можно оставить себе?
— Некоторые пытались остановить его.
— Те, у кого не было шанса заполучить его самим, — извини за мой цинизм. Но уже не важно, как все обстояло на самом деле. Саукконен знаком с основами логистики и, вероятно, уже все подготовил для своего переворота. Но, изучая легенды, я заметил нечто интересное. Сила Танцора имеет пределы…
— …Иначе леди Карго не стремилась бы так отчаянно заполучить его. Я заметил. Должно быть, Саукконен приказал ей забыть обо всем: о Камне, легенде — одним словом, все. Интересно, она помнит о власти Камня или же только о том, что сильно хотела получить его?
— В любом случае кое-что — возможно, некие сокровенные желания — Танцор изменить не может.
— Вот тебе и ответ.
Грейстрок обратил на него вопросительный взгляд.
— Тогда нужно сделать так, чтобы поиск Танцора стал нашим самым сокровенным желанием.
Щен покачал головой:
— Не думаю, что это сработает.
Хью сменил одежду, выбросил удостоверение и уже шел через узкий проулок между двумя складами к безопасному отелю в бедном районе города, когда почувствовал, что кто-то идет за ним по пятам. Он обдумал варианты. Хью был не настолько глуп, чтобы брать оружие в поместье Далхаузи, и это значило, что обороняться ему придется подручными средствами, которые валялись в самом проулке. К счастью, Долина Ардоу научила его импровизировать.
— Успокойся, друг, — услышал он голос. — Я шел за тобой, потому что никто не может идти за ним.