...
После всего мне было трудно полностью доверять Малику. И сомнения регулярно посещали меня... Я снялась в рекламе, получив после еще предложения, однако они мне не понравились и, несмотря на гневные возгласы Виталика, я не согласилась. И в темпе: пробежка, танцы, мама, Виталик и Малик - прошел последний месяц моего лета. А с ним и тепло с улицы, хотя лето было итак не слишком жарким. Осень пришла буквально с первого дня, порывистым ветром и грозой. Паршиво...
Через две недели мне исполниться семнадцать, а еще через три после моего Малику будет девятнадцать - растет малыш. Шестнадцатое сентября, не люблю этот день... как может нравиться тот факт, что тебе еще год прибавил счетчик? У Малика же день рождения был седьмого октября, и что ему подарить - я не знала, даже примерной мысли не было. Мать была недовольна, что я никуда не поступала, но я ей сказала, что буду заниматься либо танцами, либо ничем. И она тактично промолчала, потому что на данную тему со мной спорить - себя не уважать. Я понимала, что это отчасти не правильно - вот так, с головой, во что-то окунаться, почти до фанатизма, но учится на экономиста или медика смысла не видела. А зачем, серьезно? Ты тратишь несколько лет, сушишь мозги над учебниками, заучиваешь лекции, чтобы в итоге понять итак ясные для тебя вещи, что это совсем не то, чем ты хочешь и когда-либо будешь заниматься. И возможно, многие меня осудят, ведь у нас нынче принято получать образование для галочки, но мне такое даром не надо.
...
День рождения свой я отмечать не хотела, но... с самого утра ко мне, как вихрь, хотя нет, вихрь - мягко сказано, как УРАГАН!!! завалился Его Величество Виталик, и тормошил меня, едва не оторвав уши, после заставил одеться, накраситься, и потащил одному Богу известно куда. По итогу я оказалась в ресторане, где меня ждала мама, заговорщицки улыбаясь, рядом с ней была бабуля, Малик, моя двоюродная сестра с тетей и какой-то мужчина, с виду явно не наших кровей.
Я глянула на маму непонимающе, та лишь еще шире улыбнулась и положила свою руку на руку того мужчины. Опа... Я подошла, шокированная, к Малику и села рядом.
- Ну вот, малышка, ты на еще один год старше, совсем немного, каких-то там триста шестьдесят пять дней, и ты станешь совершеннолетней. Ну, а пока, еще годик, я могу вставить свои пять копеек, - улыбнулась мама.
- Наша девочка уже такая взрослая, - улыбнулась, еле сдерживая слезы, и бабуля, от чего у меня самой глаза стали на мокром месте.
- Бабуль... - начала я, но она, взяв платок, махнула мне и стерла слезы.
- Мы все долго думали, что подарить тебе, безделушки - глупо, драгоценности - удел мужчин, пусть они их дарят. Квартиру? У нас дом просторный, и смысла тоже не вижу посему. И посовещавшись, мы скинулись и решили купить вот это, - мама протянула мне маленькую коробочку из синего бархатного материала с маленьким серебристым бантиком.
Я взяла его, глянув на всех их по очереди - ну и что там? Вдох, выдох, открыла... внутри лежал ключ, а на нем висел красивый золотой брелок. Я взяла его в руку, заметив логотип BMW, мне подарили машину, вау...
Остаток дня, а после и вечера мы смеялись и ели, слегка выпивали, и танцевали. Мило, семья рядом, Малик тоже, что может быть лучше? Мужчину, что был с мамой, звали Хуан, это был тот человек, к которому она несколько раз в году летает в Египет, и у них отношения, судя по всему, достаточно серьезные. Что меня повергло в шок, ведь мама умело скрывала этот факт, или я была настолько слепа?
Бабуля же шла на поправку после ее воспаления, что подхватила, вероятно, на даче. Мама выглядела счастливой, Виталя был чуть более дружелюбен с Маликом, ну а Малик был само воплощение мечты. И обаятельный, и красивый, харизматичный, веселый, общительный... все, о чем можешь только мечтать, и я не сводила с него влюбленных глаз, ловя каждое его движение, жест, казалось, даже копируя. Это становилось похожим на помешательство, безумие, но я словно дышала им, и даже несколько часов разлуки разрывали сердце.
...
Все налаживалось, не считая того, что Малик ревновал меня к танцам. Забавно, да? Не к мужчине или подруге, не к семье... а к хобби, к стилю жизни. Это бесило, и мы нередко спорили, однако, чем сильнее спор, тем слаще ночь, и так продолжалось несколько месяцев. Первая наша сильная ссора произошла за день до первой круглой даты.
Сегодня было начало лета, вот она, сладкая палящая пора, когда натягиваешь как можно меньше одежды и накладываешь еще меньше косметики, спешишь к морю или пляжу. Утренние пробежки по-прежнему были своего рода ритуалом, хотя, пожалуй, раза два в неделю я их пропускала по вине Малика, ибо порой выпутаться из его объятий в кровати невозможно.
Так вот с чего, собственно, все началось в этот день...
Я проснулась за пару минут до будильника, на удивление бодрая. А, возможно, я просто очень ждала этот день. Сегодня я шла на свою первую тренировку в группу Лари, для тех, кто забыл, это тот самый звездный тренер, путевка в чью группу была выигрышем того самого злосчастного конкурса. На прошлый год взять меня он не смог, но в этом пригласил сам. Все оказалось не так уж и плохо в итоге, конкурс тогда я не выиграла, но заработала денег, снялась в паре реклам, а теперь и вовсе буду в одной из лучших групп.
Выскользнув из постели, где сладко посапывал мой малыш, мило положив руки под голову, я пошла в душ. Надеюсь, Малик не проснется, пока я моюсь, ибо начнется баллада из репертуара "Ну зачем тебе туда идти? Ну что ты не умеешь? Там одни мужики в группе. Да им всем больше двадцати, а тебе только восемнадцать скоро будет", ну и тому подобное, в общем. Все это я уже слышала раз сто за прошлый месяц, но была непреклонна и не поддавалась на уговоры абсолютно. Это мечта, это смысл, и я не собиралась бросать карьеру танцорки, ни сейчас, ни в будущем. Мама радовалась за меня и потому, что красивый парень был рядом и потому, что все наладилось с танцами, относительно.
Вымывшись не спеша, вылезла из душа, вытерла бодрое тело, готовое броситься вскачь по щелчку. Настроение на высоте, окрыленно-мечтательное, я бы сказала. И улыбка до ушей. Я иду на тренировку!!! К такому-то тренеру, мммм... Я была довольная, как слон, хотя нет, даже больше. Высушила волосы, оделась и стала будить Малика, ведь скоро мне нужно было выезжать, а так как мама дома, я хотела выпроводить его, пусть дома спит дальше, а то будет жаловаться, что его тут, видите ли, затискали.
- Малыыыыш, - промурлыкала, потершись носиком о его щеку. Отчего сразу оказалась в кровати прижата к крепкому телу.
- Намылилась-таки, да? - спросил он, закрыв мне рот поцелуем, не дав даже ответить, ну, в этом весь Малик - спрашивает, уже зная ответ. И в чем смысл? Вот и я не знаю...
- Мммугу, - промычала, целуя его.
- А если я не пущу?
- Я буду кусаться, - пошутила и легонько куснула его за губу.
- Ром, - нахмурился он, лизнув место укуса.
- Что? Да не больно же.
- Не больно, согласен... Может, все-таки останешься?
- Нет, Малик, неееееет!!! Я уже сто раз говорила тебе, что это важно для меня, очень.
- А я? - приподнял он бровь в своей неизменной манере. Всегда как выкрутит, я в шоке...
- Не сравнивай. Ты это ты, а танцы это танцы. Разная степень важности, разные полочки в сердце.
- Но все же?
- Ты важен для меня, мой любимый, родной и самый лучший, но...
- Но, у тебя всегда есть но, - фыркнул он, перебив меня, хотя прекрасно знает, что я этого не люблю.
- Не начинай.
- Почему? Потому что ты уже все сказала? Потому что сама все решила? И не можешь честно ответить, что для тебя важнее?
- Нет важнее, ибо и ты и танцы важны в равной степени.
- Заебись, танцульки и я одинаковой ценности? Очень, мать его, круто, Ромина, - откровенно психовал он, пожалуй, впервые так быстро заводясь. Мне это не нравилось. Поправочка - очень не нравилось.