- Добрый вечер, - сказала миссис Ундервуд матери Джерека тоном, в котором угадывался холод.
- Добрый вечер, моя дорогая. У вас чудесный костюм. Полагаю, он из этого времени? - Железная Орхидея повернулась в вихре сверкающей материи. - И Джеггед тоже здесь! Приветствую вас, ленивый Лорд Канарии!
Мистер Джексон вяло улыбнулся в ответ.
Епископ Касл, поддернув голубой халат, уселся рядом с мистером Гаррисом и донной Изабеллой.
- Во всяком случае, я рад выбраться из этого леса, - сказал он. - Вы - жители этого века или гости, как я?
Донна Изабелла улыбнулась ему.
- Я из Испании, - сообщила она. - Если вы знаете, я танцую экзотические танцы.
- Восхитительно! Латы причинили вам не слишком много беспокойства?
- Маленькие люди-чудовища? О нет. Они, как мне кажется, очень весело развлекаются с полицией.
Мистер Гаррис трясущейся рукой налил себе большой фужер шампанского и, не предложив вина никому другому, быстро выпил его сам.
Миледи Шарлотина поцеловала в щеку миссис Ундервуд.
- О, вряд ли вы догадываетесь, какие волнения причинили нам всем, хорошенький предок. Но ваш собственный век, кажется, тоже не без развлечений! - и присоединилась к Епископу Каслу за столом.
Герцог Королев громко восторгался по поводу плюща и золоченых украшений ресторана.
- Я решил сделать такой же, - объявил он. - Как ты говорил, Джерек, он называется?
- Кафе “Ройяль”.
- Он расцветет снова в Конце Времени, в пять раз больший по размеру! - провозгласил Герцог Королев.
В середине зала раздавались, чередуясь, приглушенные крики “Феркит!” и “У-у!” Ни бригада инспектора Спрингера, ни экипаж капитана Мабберса, казалось, не одерживали верх. Было перевернуто еще несколько столов.
Герцог Королев тщательно изучал форму полицейских.
- Такое случается каждый вечер? Наверное, Латы - новое дополнение к их программе?
- Я считаю, что все их прошлые достижения - обычные пьяные драки, - сказал мистер Джексон.
- Кафе широко известно, - объяснила донна Изабелла сильно заинтересовавшемуся Епископу Каслу, - своей богемной клиентурой. Оно менее чопорно, чем другие рестораны того же класса.
Раздался странный воющий звук, последовала ослепительная вспышка света - и под потолком повис Браннарт Морфейл в упряжи пульсирующих желтых лучей, с двумя быстро вращающимися дисками на спине, готовый столкнуться с большой хрустальной люстрой. Его уродливая ступня болталась взад и вперед, а сам он дергал часть упряжи около плеча, испытывая, очевидно, трудности в управлении машиной.
- Я предупреждал вас! Я предупреждал! - кричал он с потолка срывающимся визгливым голосом, используя собственный транслятор. Голос то повышался, то затихал. - Все эти манипуляции со Временем создадут хаос! Ничего хорошего из этого не получится! Остерегайтесь! Остерегайтесь!
Даже полиция и Латы прервали битву, чтобы посмотреть вверх на шумное привидение. Браннарт Морфейл с воплем перевернулся спиной вниз, махая руками и ногами.
- Опять эти проклятые пространственные координаты, - пожаловался он потолку. Дернув за упряжь еще раз, он перевернулся так, что смотрел теперь вниз, плавая на животе. Громкое жужжание, издаваемое дисками, становилось все выше и неровнее.
- Единственная машина, которую я умудрился заставить работать, чтобы попасть сюда. Глупая идея девяносто пятого столетия! А-о! - И он снова оказался на спине.
Мистер Ундервуд внезапно стал очень спокойным. Он стоял, рассматривая Браннарта Морфейла через пенсне. Губы его иногда шевелились, лицо было очень бледно, тело напряжено.
- Это твоя работа, Джерек Корнелиан! - Один из дисков перестал работать, и Браннарт Морфейл заскользил вбок вдоль потолка, стукаясь о люстры и заставляя их звенеть. - Разве можно было проделать такие неконтролируемые прыжки сквозь Время, не вызвав ужасающие вихри в мегапотоке! Посмотри, что случилось здесь. Я пришел, чтобы остановить тебя и предупредить! А-а-а!
- Ученый яростно лягнул ногой, стараясь освободиться от бархатных ламбрекенов около окна.
Тихим неустойчивым голосом мистер Гаррис разговаривал с миледи Шарлотиной, гладившей его голову.
- Всю жизнь, - рассказывал он, - меня обвиняли в том, что я публикую неправдоподобные истории. Кто теперь поверит этой?!
- Браннарт, конечно, прав, - сказал мистер Джексон, все еще стоявший, удобно прислонившись к колонне. - Только стоило ли из-за этого рисковать?
- Рисковать? - спросил Джерек, наблюдая, как миссис Ундервуд подошла к своему мужу. - Я не могу понять, почему не начинает действовать эффект?
Браннарт Морфейл опять плавал свободно, но второй диск все еще не работал. Ученый впервые заметил мистера Джексона.
- А какова ваша роль во всем этом, Лорд Джеггед? Без сомнения, что-нибудь капризно-эгоистичное?
- Мой дорогой Браннарт, уверяю вас…
- Ба! Уф!.. - Диск начал вращаться, и ученого дернуло вверх и в сторону. - Ни Джерек, ни эта женщина не должны находиться здесь, как и вы, Джеггед! Кто пойдет против Линии Времени, тот навлечет на всех нас рок!
- Рок! - пробормотал мистер Ундервуд, не сознавая, что жена трясет его за плечо.
- Гарольд, ответь мне!
Он повернул голову и нежно улыбнулся.
- Рок! - сказал он. - Я должен был понять это.
Апокалипсис! Не тревожься, моя дорогая, потому что мы будем спасены.
Он похлопал ее по руке. Она разразилась слезами.
Мистер Джексон подошел к Джереку, наблюдающему за этой сценой с тревожным интересом.
- Я думаю, что, может быть, нам следует уйти сейчас, - сказал мистер Джексон.
- Только с миссис Ундервуд, - твердо ответил Джерек.
Мистер Джексон вздохнул и пожал плечами.
- Разумеется, очень важно, чтобы вы оставались вместе. Вы - такая редкая пара…
- Редкая?
- Просто удачное выражение.
Мистер Ундервуд начал петь, безразличный к словам жены. Он пел удивительно звучным тенором:
Иисус, любимец моей души!
Позволь мне к твоей груди припасть,
Пока катятся воды,
Пока соблазны еще велики.
Спрячь меня, о мой Спаситель, спрячь!
Пока не пройдут бури жизни,
Направь в безопасную гавань,
О, прими, наконец, мою душу!
- Как мило! - закричала Железная Орхидея. - Примитивный ритуал, который помнят только гниющие города.
- Подозреваю, что это, скорее, колдовское заклинание, - сказал Епископ Касл, проявляющий особый интерес к таким древним обычаям. - Можно даже сказать, что это своего рода вызов священного призрака, - благодушно объяснил он благодушно потрясенной донне Изабелле. - Они потому называются так, что их с трудом можно разглядеть. Вы знаете, они почти прозрачны.
- Как и все мы в подобных ситуациях, - развила мысль донна Изабелла, улыбнувшись Епископу Каслу, который наклонился и поцеловал ее в губы.
- Остерегайтесь!.. - стонал Браннарт Морфейл, но все уже потеряли к нему интерес.
Латы и констебли возобновили битву.
- Должен сказать, мне нравится ваше маленькое столетие, - доверительно сообщил Герцог Королев Джереку Корнелиану. - Я понимаю теперь, почему вы прибыли сюда.
Джерек почувствовал себя польщенным, несмотря на свой обычный скепсис по поводу вкуса Герцога.
- Благодарю вас, дорогой Герцог. Но, разумеется, оно не мое.
- Как бы там ни было, именно вы открыли его, и мне хотелось бы посетить его снова. Все места похожи на это?
- О нет, здесь гораздо разнообразнее.
Джерек говорил несколько неопределенно, его взгляд не отрывался от мистера и миссис Ундервуд.
Миссис Ундервуд, все еще плача, держала руку мужа и подпевала ему:
Прикрой мою беззащитную голову
Тенью своего крыла…
Ее дискант был совершенным дополнением к его тенору. Джерек почувствовал себя странно тронутым. Он нахмурился.
- Здесь есть листья, лошади и канализационные фермы.
- Как же они выращивают канализационные отходы?
- Это слишком сложно объяснять.
Джерек не хотел признавать свое невежество, особенно перед старым соперником.