4.
Мы тяжело дышали почти в унисон. Сперма стекала с моего живота на стол. Низ живота мужчины тоже был запачкан. Андрей бы никогда на такое не согласился, никогда бы не навалился на женщину, если только что вылил на неё своё семя.
Хотелось смеяться от абсурдности.
Я обняла мужчину. Черт, как же классно. И плевать, что он мне никто. Никогда таких мужиков не видела. Можно мне такого в жизни? Я б его любила.
Какой все-таки реалистичный сон! Я даже чувствовала, как изменился мой запах, смешиваясь с чужим.
Сколько бы мы так пролежали на столе, не понятно. Всю магию момента разрушил стук в дверь. Мужчина тихо что-то проворчал, чмокнул меня в висок и стал подниматься. Хотелось только крепче схватить его и не отпускать. Но я не решилась.
Так что он просто встал, обтерся рубашкой, кинул её мне, натянул штаны и вышел.
Происходящее отрезвило. Он мне никто, впрочем, как и я ему. Но, судя по всему, именно от этого человека зависит моя дальнейшая судьба. По крайней мере здесь. Хочется верить, что это так, а не что мной просто воспользовались. Хотя... Классно же было!
Как дальше жить с такими воспоминаниями?
Я поднялась со стола, взяла мужскую рубашку, осмотрелась в поисках воды. Нашла. Кувшин стоял на небольшом столике у стены, рядом были два стакана. На запах, цвет и вкус жидкость казала нормальной, поэтому я осторожно смочила ей ткань и обтерлась, затем нашла свою одежду и продолжила приводить себя в порядок.
Но даже когда закончила, мужчина так и не вернулся. Что делать, было не понятно, а потому я бесцельно бродила по кабинету. Кроме чёрного рабочего стола из камня и небольшого деревянного столика с кувшином были только два стула, ковер у стола и полка-стеллаж. Похоже, тоже из камня, она была узкой, как среднестатистическая микроволновка, и высокой, до потолка. Все её пространство занимали книги, какие-то в кожаных обложках, какие-то в металле, другие же будто из камня. Все они выглядели дорого и вечно, будто им не страшны изменения от времени, будто в их жизни старость только миф.
Я снова осмотрелась, увидела вещи, что мы уронили со стола в порыве страсти, но и в них не было ничего интересного, посто какие-то бумаги и ручки, похожие на наши чернильные. Поэтому я только подняла их и положила на край стола.
Время тянулось. Устав стоять на ногах, решила присесть на стул у небольшого столика. Надеюсь, он гостевой и никто не будет против. Ну, и мало ли, вдруг здесь женщин за такое порят. Бррр!
5.
Ожидание, казалось, длилось часами. Я была просто вымотана, когда в кабинет вернулся его хозяин. Мужчина внимательно посмотрел на меня, удовлетворенно кивнул, затем сел за стол и принялся за какие-то бумаги.
У него были безумно красивые руки, сильные, видно, что из обладатель не только сидит, но и занимается более тяжёлым трудом. Выступающие вены настолько эстетично смотрелись, что невольно остановилась на них, детально рассматривая.
В дверь постучали. Вернулись охранники или кто они там. Они перекинулись парой фраз с начальником, а затем просто заняли свои места.
У меня появилось подозрение, что мужчину за столом зовут Мархи. Возможно, это должность. А может, просто тема разговора с охраной была такая. Прибывшие в кабинет были чуть шире «Мархи», у них была полностью чёрная форма, и только ножи на поясе намекали, что эти ребята тут не просто так.
А можно мне их тоже... попробовать?
Волосатые, чуть бородатые, совершенно обычные, но очень уж крепкие мужчины. От них даже пахло иначе, сильными мужчинами, я в этом уверена.
А можно же и с тремя...
Остановись, Агата! Какого черта тебя так сфокусировало на сексе!
Я мысленно отвешивала себе подзатыльники и сама не заметила, как села на стул с ногами. Зато это смутило окружающих. Охранники не просто смотрели на меня, они стали пунцевыми.
Я осмотрела себя, оказалось, тога довольно сильно распахнулась, и у меня было прикрыто только самое важное. Спустила ноги на пол.
Долго мне еще тут сидеть?
6.
Сидеть пришлось долго.
Посетителей больше не было, в какой-то момент я даже начала думать, что по меня просто забыли. Оказалось, нет. Когда Мархи закончил и поднялся из-за стола, он смотрел точно на меня. Затем что-то шикнул охране, и мы снова остались в кабинете одни.