Мое дыхание учащается, я хочу больше, глубже, острее. Опускаю руку на ее затылок, и мягко насаживаюсь глубже.
– Смотри на меня! – командую я. – Хочу видеть твои глаза.
Она смотрит. Дико, с поволокой. Грязная девочка. Высунув язык, тщательно облизывает и ускоряет темп, помогая себе рукой.
– Глубже, Киса. Пожалуйста! – стону я, не в силах сдерживаться.
С непривычки она закашливается, толкнувшись до самой глотки.
– Носом дыши, расслабь горло!
Она послушно повторяет то, что я сказал, и трогает мои яички второй рукой.
– Блядь, Саша! – рычу я, со всей дури вбиваясь в девственный рот. Чувствую, что уже на пике. Ткани гортани приятно обхватываю ствол, Киса старается и доводит меня до дикого оргазма в считанные минуты. Я дергаюсь, и заливаю спермой ее рот. Она глотает все, без остатка.
– Ох, Киса. Что ты со мной делаешь?
– Понравилось?
– Еще бы. Это было крышесносно, моя девочка!
Она довольно улыбается, и поднимается с колен.
– Теперь моя очередь делать тебе приятно! – чмокаю ее в нос. – Обожаю твои сиськи!
Соски сами просятся в мою ладонь, я нежу их по кругу, оттягиваю и целую.
– Ах, Егор!
Мой проворный язык ласкает, движется вокруг напряженной вершинки, нажимает. Сашу подкидывает от удовольствия, но я ее крепко держу второй рукой.
– Мокрая! – довольно сообщаю я, скользнув между нижних губок. Пики сосков становятся еще острее, упираясь в мою грудь, провожу пальцами по щелочке, и слышу, как девушка пищит от удовольствия.
– Развернись спинкой, упрись руками в стену, прогнись.
Киса беспрекословно слушается.
– С душем развлекалась когда-нибудь?
– Да, пару раз! – шелестит девчонка.
– Прекрасно!
Я снимаю душевую лейку, переключаю режим на струю и направляю теплый, мощный поток прямо между ног, параллельно наглаживая пальцами клитор.
– Ааах! – кричит Саша, прогибаясь в пояснице. – Я с ума сойду, Боже! Да, да, да!
Я оттягиваю клитор, отпускаю его, потом снова щелкаю по припухшему узелку. Усиливаю напор воды и дразню возбужденную плоть, сводя с ума.
– Егор! Я не могу больше! – молит о пощаде. – Я все, все!
Вгрызаюсь в ее шею, вновь упираясь стояком в ягодицы, плоть пульсирует под подушечками пальцев, и Сашу расплющивает мощным оргазмом. Она хрипит, выкрикивая мое имя, неистово двигая бедрами, распадаясь на атомы.
Мой член подергивается у горячего входа, и я, не дав ей пискнуть, мощным толчком врываюсь в ее сочащуюся дырочку.
Саша вскрикивает и подмахивает бедрами, поднявшись на цыпочки. Ствол толкается невероятно глубоко, выбивая обоюдный стон, до самой стенки вонзаясь, двигается мощно и властно.
Перед глазами темнеет, я жмурюсь, яркими вспышками вспыхивают искры, в такт моим движениям бедрами. Саша поскуливает, выдохшись от безумной гонки.
Я крепко сжимаю узкую талию, насаживая на себя горячую плоть.
– Все, Егор! Я больше не могу!
Пара движений, и она ярко кончает, растекается теплым воском в моих рукам. Оттраханная, удовлетворенная, горячая.
Удовольствие нарастает по спирали, плотные стенки влагалища обхватывают член, жарко и остро приливает волна возбуждения, томления и высвобождения. В последнюю секунду я успеваю достать свой агрегат и кончаю на упругую Сашкину задницу.
Глава 28. Егор
– Егор Николаевич! К Вам Василина Ерофеева пожаловала. Приглашать? – сообщает мне секретарша.
Василина? Какого хера ей надо? Мы расстались почти месяц назад.
– Да, пусть зайдет.
Отрываюсь от монитора, и, сложив руки на груди, ожидаю непрошенную гостью.
– Привет, Егор! – потупив взор, заходит в кабинет моя бывшая. Оделась как целка-невридимка. Белая рубашка с галстуком и черная юбка ниже колена.
– Что надо, Василина?
– Я знаю, что мы расстались. И я бы никогда не пришла к тебе, после всего, что ты мне наговорил! – лепечет она, усаживаясь в кресло напротив.
Я молча слушаю и жду продолжения. Денег надо что ли?
– С Митей у меня ничего не было, Егор. Клянусь тебе. Я просто хотела тебя позлить.
– Позлила? Вот и прекрасно. Это было вовремя, у нас все равно не было будущего.
– Я не хотела, чтобы так все вышло. Видит Бог! Но! – дрожащими пальцами она раскрывает сумочку, и выкладывает на стол тест на беременность.
– И что это? – непонимающе смотрю я.
– Это тест, положительный. Видишь, две полоски?
Я присматриваюсь, действительно две.