– Разве? – оборачивается она. – Не помню, что у тебя была аллергия.
– Я беременна! – еле разлепив губы, впервые произношу это вслух.
– Чего? – вскрикивает. – Ты бредишь? Компресс тебе приложить?
– Боюсь, от этого беременность не рассосется.
– А Егор? Ты сказала ему?
– Нет, Кира. Не сказала.
– Почему? Сегодня скажешь? Вчера не успела? – встревоженно спрашивает она, усаживаясь рядом на кровать.
– Я приехала к нему. Он помирился с Василиной. Даже на порог не пустил. Держал в подъезде как собачонку.
– Охуеть, Саша! И что?
– Он охладел ко мне явно. За те две недели, что была дома, сошелся с бывшей. Зачем ему я? Нищая бегунья.
– Да ты круче ее в сто раз! – пылко заверяет меня.
– А какая теперь разница?
– И что думаешь делать?
– Не знаю. Не думала, честно. Хотела утром все решить, после разговора. Но не могу пока, в голове – вата.
– Мама знает?
– Нет, Кира. Позже позвоню ей.
– Но ты же не избавишься от малыша?
– Нет. На аборт точно не пойду!
– Так. Сейчас посмотрю в интернете, что можно от температуры беременным! – берет в руки новенький айфон.
– Макар подарил? – киваю на обновку.
– Ага! – блаженно щурится подружка. – Всегда мечтал о гимнастке. Даже самой не верится, что мне так с ним повезло. Щедрый, добрый, красивый.
Кира тут же осекается, поняв, что сейчас не время хвалиться.
– Прости, Саша.
– Все нормально, ты чего?
– Тут пишут, что можно парацетамол и обильное питье. Я тебе дам таблетку и намешаю морс. Там, вроде, варенье еще оставалось.
Я выпиваю таблетку, и снова проваливаюсь в сон. Я явно вижу Егора, но подробностей не помню. Прихожу в себя ближе к вечеру. Кира лежит на соседней кровати, как мышка, и с кем-то чатится.
– Ты не уехала? – удивляюсь я. Голова болит, но, в целом, уже гораздо легче.
– Как я тебя оставлю? С ума сошла? – возмущается соседка.
Подходит ближе, протирает лоб и дает попить.
– Макару сказала, чтоб завтра меня забрал. У меня подружка при смерти.
– Кира! – прыскаю я.
– О, уже тридцать семь и семь. Волшебно я тебя лечу! Да, я почитала. Тебе можно взять академический отпуск или перевестись на заочку.
– Спасибо, Кира. Мне надо подумать хорошенько. Маме завтра позвоню.
– Не хотела тебе говорить, но я нашла эту Василину в запрещенной сети. Похоже, они женятся. По крайней мере, на последнем фото у нее сияет кольцо с камнем. Я в них не разбираюсь, но, вряд ли это фианит.
– Покажи! – затаив дыхание смотрю на снимок.
Внутри меня происходит ядерный взрыв, который оседает пеплом, заслоняя собой все наши прекрасные воспоминания с Егором. Его улыбку, смех, нежные пальцы, мощный торс. К черту все. Женятся? Да пожалуйста. Сама рожу и воспитаю!
Глава 33. Саша
– Мам! – блею я в трубку. – Как дела?
– Все хорошо, Саша. Как ты?
– Приболела немного.
– В поезде продуло?
– Похоже. Мам, помнишь, ты мне говорила, что, если что-то случится важное, чтоб я не таила и сразу тебе рассказывала? – набираюсь смелости и выпаливаю.
– Ну, тебе лет четырнадцать было. Это, чтоб, если в подоле принесешь, не наделала глупостей. А тебе почти девятнадцать уже! – смеется мама.
– Ну. Это. Короче, я в подоле почти принесла! – во рту пересыхает, и я делаю глоток смородинового морса. Он попадает не в то горло, и я закашливаюсь.
– Ты шутишь? Вот была, и никакой беременности я не видела.
– Срок очень маленький, мам. Я только узнала.
– Ну, поздравляю тебя, Саня! А папа кто?
– А нет его, мам.
– Как нет? От святого духа, что ли? – удивляется она.
– Считай, что он оказался реально духом и исчез.
– Ох, Сашка! Ну, что ж, будем рожать, да? – неуверенно тянет.
Меня накрывает лавиной слез. Я плачу, и не могу остановиться.
– Саша, дочка, не надо. Ничего страшного, так бывает. По любви хоть?
– По любви, мам. На что мы будем растить его?
– Придумаем что-нибудь, ты только не плачь! Вас двоих подняла, что, Муренка маленького не поднимем? Диму к себе переселю в комнату, на вторую работу устроюсь, вам – детскую отдадим. Прорвемся, Сашка! У врача была?
– Нет еще. Нужно записаться.
– Сходи обязательно, и на узи, ладно? Деньги переведу.
– Не надо, мама. У меня есть.
– Прибереги.
На следующий день я иду на прием в женскую консультацию при универе. Кира вызвалась идти со мной. Специально приехала из «Федерации».
– Вот делать тебе нечего! – довольно ворчу я.
– Ну как я подругу кину? Охереть, мамой станет моя Мурочка!