— А также за его товарищей, пришедших на помощь нам в трудную минуту, хотя они и не являются нашими вассалами! Месье Карл…
Тот, уже немного усвоив правила придворного этикета, поспешил встать и поклониться.
— Мадмуазель Бланка…
Поднявшись из-за стола, та сделала изящный реверанс.
— Мадмуазель Феодора…
Дорин реверанс вышел не столь грациозным, в отличие от Бланки, она впервые была на королевском пиру, и с трудом сохраняла на лице сдержанное выражение.
— Месье Генрих…
На сей раз поднялся Фриц и раскланялся как настоящий придворный.
Несмотря на свои похвалы алиссенскому архиепископу, Фриц все же решил сменить имя, так на всякий случай. А уж в пышном наряде дворянина и шляпе с перьями его с трудом узнавали даже друзья, куда уж шпионам Инквизиции.
Дора ожидала, что могут возникнуть проблемы с Рафаэлем, ведь тот уже знал настоящее имя Фрица. Но Рафаэль был слишком погружен в свое счастье и, наверное, просто предположил, что Фриц — обнищавший дворянин, имеющий, как все знатные люди, длиннющий список имен.
— Выпьем же за то, что в нашем цветущем Алиссене восстановлен мир! — закончил тост Иоанн.
Все сидящие за длинными столами дружно подняли кубки и осушили их одновременно с королем. Дора с удовольствием отпила несколько глотков полусухого алиссенского вина — вкуснее напитка она еще не пробовала никогда в жизни.
Вскоре снова начались танцы, музыканты заиграли мелодию для чатоны, как пояснила Бланка, начавшая хлопать по столу в такт. Фриц пригласил ее на танец и под хмурым взглядом Карла, вывел на площадку.
— Смотри и учись, — сурово велела Дора. — Сам ведь хвастался, что хорошо запоминаешь движения.
Карл молча уткнулся в кубок, но внимательно наблюдал за Фрицем и Бланкой. Дора же просто наслаждалась отточенными изящными движениями танцующих пар: вот все вскинули руки и обошли друг друга кругом, почти соприкасаясь пальцами. Затем каждый кавалер опустился на одно колено и, взяв даму за руку, провел вокруг себя. Дальше танцующие сделали что-то вроде ручейка, похожего на те же движения из танцев простолюдинов, только дворяне двигались плавно, а не скакали, как олени во время весеннего гона.
Как только чатона закончилась, у Бланки появился новый кавалер, уговоривший подарить следующий танец ему. Бланка, добрая душа, не возражала. Хотя возможно, Дора недооценила ее хитрость и Бланка собиралась вызвать у Карла ревность. По крайней мере, пока кавалер кружил Бланку в танце, Карл едва не начал грызть стол от ярости.
Подошедший к друзьям Фриц, не дрогнув, встретил бешеный взгляд Карла и спросил:
— Ну что, запомнил движения?
— Еще бы, — процедил Карл. — Они проще, чем в борьбе.
— Верно, чатона самый легкий танец, это тебе не сабанера с тридцатью обязательными фигурами. Тогда я попрошу музыкантов сыграть еще раз, и ты пригласишь Бланку.
Мгновенно растеряв всю свою суровость, Карл втянул голову в плечи.
— Если ты не пригласишь Бланку на следующий танец, я снова превращу тебя в жабу, — с милейшей улыбкой пообещала Дора.
Карл едва заметно побледнел, но мужественно кивнул.
— Ладно, я попробую.
— Не попробуешь, а сделаешь, — припечатал Фриц.
Он пошел вдоль стола и вскоре скрылся из виду.
Когда закончился танец, и Бланка подошла к их месту за столом, Дора со всей силы хлопнула Карла по спине. Тот вскочил, неловко поклонился, едва не плюхнувшись лицом в тарелку с жарким, и с трудом выдавил:
— Может… эм-м… потанцуем?
— С удовольствием! — Бланка лучисто улыбнулась.
Побагровев, Карл бегом бросился в обход стола, как будто боялся, что Бланка передумает. Пока он не видел, Дора задорно подмигнула Бланке, и та тоже покраснела.
— Наслаждайся, дорогая.
Бланка радостно закивала и, когда к ней подлетел Карл, она сама взяла его под руку. Пока еще не заиграла музыка, так что Бланка начала объяснять Карлу движения. Тот поначалу мялся и краснел, но затем осмелел и, едва заметно улыбнувшись, обнял Бланку за талию.
Кудрявая макушка Бланки едва доставала до груди Карла, из-за разницы в росте парочка казалась еще более милой. Дора едва не растеклась радостно пищащей лужицей, но тут рядом, словно из ниоткуда, появился Фриц.
Щелкнув каблуками и слегка подпрыгнув согласно придворной моде, он изобразил куртуазный поклон и протянул Доре руку.
— Ну что, покажем нашим юным друзьям, как надо танцевать, а?
Широко улыбнувшись, Дора вложила пальцы в его ладонь.