Поняв, что стрелять не имеет смысла, нападавшие показались из зарослей. Все как на подбор крупные сильные мужчины, один из них, со шрамом на лице, показался Доре смутно знакомым. Но сейчас не было времени раздумывать.
Дора достала из сумки бомбочку и показала Фрицу, тот без лишних слов убрал барьер. Дора поспешила кинуть сразу две бомбочки в нападавших, пока те не перешли реку.
Одна бомбочка разбилась, создавая дым, но другая плюхнулась в воду и ушла на дно.
Большинство воинов успели отскочить в стороны, но двое все же наглотались дыма. Один из них плюхнулся в реку и, похоже, ударился обо что-то головой, потому что так и остался лежать лицом в воде. Другой, свернувшись калачиком, пытался выхаркать легкие.
Но остальные семеро воинов остались невредимы и набросились на барьер. Один ударил тяжелой булавой, другие — острыми клинками. Но на вид хрупкая стена могла противостоять и чему-то посильнее холодного оружия.
— Священники всегда такие рохли, прячутся за своими барьерами и дрожат от страха, — насмешливо протянул мужик со шрамом.
Дора вдруг вспомнила его. Постоялый двор возле Троллиного перевала и наемники, рассвирепевшие из-за какой-то песни Бланки. Меченый воин, возможно, был их предводителем, потому что тогда рвался в бой до тех пор, пока Карл его не отправил его в мир грез ударом по голове.
Что же, получается месть?
Похоже, жизнь Шрама ничему не учит, прошлый раз получил нехилых люлей, и сейчас огребет по полной.
Наемники на все лады склоняли Фрица, его мать, отца и родственников до десятого колена. Но если надеялись, что таким образом заставят выйти из себя и снять барьер, чтобы показать свою удаль в рукопашной, то наемники просчитались. Фриц оставался спокоен, правда, его лицо покрылось испариной, видимо, не так-то легко было удерживать барьер, когда по нему лупят оружием.
Пока наемники упражнялись в сквернословии, Дора призвала чары, чтобы обратить двоих из наемников… ну во что-нибудь. Прошептав последнее слово, Дора ожидала увидеть перед собой два дырявых башмака или жаб. Но ничего не произошло, совсем. Только часть силы Доры ушла, будто ее дар был большим пирогом и от него отщипнули кусок.
Успокоив себя мыслью, что просто перепутала слова, Дора попробовала другое заклинание. Тоже ничего, но она успела заметить, как на груди одного из наемников под рубашкой что-то сверкнуло. Защитный амулет?
В следующее заклинание Дора вложила больше сил и сосредоточилась на одном человеке. На этот раз получилось! Один из наемников — франт с пышными усами — зашипел, прижимая руку к груди. Затем, вдруг побледнев, бросился к ближайшим кустам, откуда вскоре донеслись звуки рвоты.
Остальные наемники обеспокоенно заворчали и отступили от барьера. Шрам, повернувшись к реке, крикнул:
— Эй, ты вроде обещал нам помогать!
На другом берегу показался еще один старый знакомый: колдун-садовод, пытавшийся выращивать дурманную траву.
— А вы говорили мне, что разделайтесь с ними одной левой, — дребезжащим старческим голоском попенял он.
— Будешь выступать, дедан, и тебя, и их порежем, — посулил Шрам.
Пока они препирались, Фриц шепнул Доре:
— Перехватывай барьер, я призову божью силу.
Они, конечно, тренировались не так давно: Фриц создавал барьер, затем Дора вливала в прозрачную стену свои силы и удерживала. Это давало Фрицу свободу маневра, но Доре не удавалось сохранять барьер долго.
— Давай, — шикнул Фриц. — Я смогу достать колдуна, а ты — нет.
С раздражением признав его правоту, Дора встала рядом с Фрицем и положила руку ему на плечо, пытаясь нащупать поток святой силы. Странно, но Фриц дрожал, и, оказавшись так близко к нему, Дора ощутила идущий от его тела жар. Неужели та стрела?..
— Готова? — Напряженный голос Фрица прервал мысли Доры.
Следовало поторопиться: колдун, приподняв балахон, уже перешел реку и теперь готовил кадило с печально знакомым Доре дымом. Наемники предусмотрительно прыснули в стороны, видимо, уже знакомые с волшбой колдуна.
Дора соединила поток своего волшебства со светлой рекой силы Фрица, нащупала барьер. На самом деле, если бы ее попросили описать ощущения от взаимодействия магий, Дора не смогла бы толком объяснить: она просто чувствовала барьер как тяжелый щит, который надо держать обеими руками.
Ощутив, что Дора переняла у него эту «ношу», Фриц забрал из барьера большую часть своей силы, оставив только маленький ручеек, и начал бормотать молитву.
Тем временем колдун раскурил кадило, из серебряной чаши повалил белый дым. Дора понадеялась, что барьер задержит облака дурмана и Фриц успеет дочитать молитву.