— Не держите нас за идиотов… Мы очень благодарны за помощь, святой Иов направил вас к нам, на посланников Небес нельзя покушаться. Я увеличу вашу награду, если вы вернете русалку.
— Не стоит. — Фриц покачал головой. — Лучше замените чем-нибудь наливку из нашего предполагаемого мешка с провизией, например, на шапку из овечьей шерсти или носки.
Он покосился на друзей, и все согласно закивали, в наливке их компания не особо нуждалась. Фриц категорически не пил ничего крепче сидра, Карл обычно заказывал на постоялых дворах пиво, всегда жалуясь, какое оно поганое по сравнению северной брагой. Бланка любила приторно-сладкое красное вино, Дора, попробовав его один раз, потом долго плевалась и полоскала рот. Сама она, живя в Пьетро, периодически, особенно во время зимних ливней, когда накатывала тоска, прикладывалась к забористому самогону, который гнал один местный дед. Но сейчас перестала пить, ведь глухое мрачное одиночество осталось в прошлом.
— Вы точно ничего не знаете о магической силе барона? — требовательно спросила Дора у супругов. — Смысла скрывать нет: больше сведений — больше шансов, что мы вернемся с русалкой.
Нильс развел руками, а Хенни протараторила, точно быстро-быстро стреляя из лука:
— Ах, если бы мы что-то знали, то обязательно сказали! Но сир та-а-акой скрытный, он редко появляется в своих владениях. Мы-то всего два раза его видели. Бают, он много лет провел на востоке, ходил в Крестовый Поход.
— Последний? — Фриц встрепенулся, видимо, надеясь, что может быть знаком с бароном.
— Нет, вроде предпоследний. — Хенни виновато улыбнулась. — Их столько было, мы уже со счета сбились. Нам от энтих Походов никакого толку, баре-то золота себе нагребут, а налоги вздуют.
Скривившись, Фриц покивал.
— Оно верно.
Хенни с молчаливого согласия Нильса начала уговаривать друзей остаться у них на ночлег, а с утра отправляться. Но, переглянувшись с остальными, Фриц отказался.
В сопровождении супругов друзья вернулись в деревню и быстро собрали свои немногочисленные пожитки. Дора порадовалась, что большинство виссмаркцев слишком заняты повседневной работой, чтобы сразу же наброситься на чужаков с расспросами об успехе использования амулетов. Лишь несколько детишек увязались за покидающим деревню квартетом, и Бланка отделалась от них заверением, что русалки побеждены, а подробности можно узнать у Нильса с Хенни. Друзья смогли благополучно покинуть Виссмарк, избежав ненужного внимания.
Супруги немного проводили четверку по тянувшейся вдоль моря тропке. Нильс подробно рассказал, как добраться до замка Андринг, где сейчас должен был находиться барон. На этом они простились и Нильс то ли в знак уважения, то ли по привычке пожал руки Карлу и Фрицу, а девушкам — поклонился.
Пока друзья уходили прочь, Дора долго чувствовала спиной взгляды супругов. Обернувшись, увидела, что те все еще стоят у перекрестка. Хенни бодро замахала, что-то крича, но поднявшийся ветер унес слова.
Поняв, что ее не услышат, Дора обратилась к друзьям:
— Может, свалим? Виссмаркцы как-нибудь проживут, а барон Андринга может оказаться нехилым колдуном.
— Мы ведь уже обещали, слово надо держать, — сурово возразил Карл.
— Даже если бы деревенские не обещали плату, я бы чувствовал себя последней скотиной, бросив даму, пусть и с хвостом, в лапах не пойми кого. — За привычной патетикой в словах Фрица крылась непоколебимая вера в свои принципы. — Вряд ли барон похитил русалку из благородных побуждений.
— Он влюбился с первого взгляда! — В глазах Бланки появился знакомый Доре блеск, предупреждающий, что сейчас будет полной наивной романтики монолог.
— Прямо как в сказке! Русалочка и принц полюбили друг друга, и она, чтобы быть с ним, попросила у морской ведьмы ноги. Однако каждый раз, когда русалочка делала шаг, в ее нежные ступни будто вонзались сотни игл…
— Да, да, мы все помним эту историю, — поспешила прервать поток словоизвержения Дора.
В конце сказки принц бросил русалку, женившись на принцессе, что и следовало ожидать. Но влюбленная дурында даже не смогла убить засранца и умерла, превратившись в пену. Будь на месте русалки Дора, уж она бы прикончила предателя. Всенепременно.
— Не думаю, что русалку можно превратить в человека, — заметил Фриц. — Это очень сильная магия.
— Но Дора же может превращать людей во всяко-разное, — возразила Бланка.
Карл скорчил кислую мину, наверняка вспомнив о пребывании в образе жабы, ботинка, горшка с цветами и еще каких-то предметов, которые Дора уже не помнила.