Карл сжал зубы так, словно стремился их раскрошить в пыль.
— Я должен остановить брата, даже если придется его убить. Ради тех тантов, которых я зарезал и продал в рабство…
Дора поспешила вмешаться в спор, подняв, как ей самой казалось, очень важную тему.
— Оставим пока моральный вопрос. Лучше скажи, как ты собрался мешать тому, кто взял неприступный Тириен?
Карл невозмутимо пожал плечами.
— Тогда брат собрал большое войско, но сейчас у него один драккар и там наверняка только малая дружина. Тантов считают слабаками, не способными дать отпор, отправляться в набег на них с большим войском — позор для мужчины и вождя. У Эйрика будет человек семнадцать — двадцать.
— Будешь один сражаться с двадцатью воинами?! Да еще сванами! — Дора схватилась за голову. — Мне тоже жалко людей, на которых нападут, но, противостоя отряду опытных головорезов, ты только зря погибнешь.
— Ты еще не видела настоящую силу Карла, — вдруг вмешался Фриц.
— Я справлюсь, — тяжело произнес Карл. — Ведь я — чудовище. Берсерк.
Вот и то загадочное «бер», которым Карл периодически грозился стать, вот только это слово ни о чем Доре не говорило.
— Берсерк? И что?
— Как, ты думаешь, сванам удалось взять Тириен и другие города, защищенные стенами? — спросил Фриц.
— Ну-у-у… у них были осадные орудия…
Карл мрачно хохотнул, а Фриц продолжил:
— Нет у северян никаких орудий, да и хрен их увезешь на драккарах. Город взял отряд берсерков: они просто прыгнули на стены и разорвали всех защитников Тириена в клочки.
— Берсерк — не чувствует боли и двигается с нечеловеческой быстротой, — нараспев, точно очередную вису, произнес Карл. — Вот только, становясь таким, я ничего не соображаю и могу поранить даже своих… Вам не следует идти со мной, это опасно, да и лучше вам не видеть, что случится.
Повернувшись к друзьям, Карл обвел всех тяжелым взглядом.
— Оставайтесь тут.
— Еще чего! — крикнула до сих пор молчавшая Бланка. — Карлито, даже если бы мы не были венчаны перед Богом, я бы все равно отправилась с тобой куда угодно! Хоть в жерло кипящего вулкана!
Она решительно шагнула к нему, грозно сверкая глазами.
— К тому же, без меня ты перебьешь и всех тех, кого хочешь спасти, а я смогу тебя остановить.
— Я давно не превращался и твой способ… — начал было Карл.
Бланка решительно перебила:
— Ты мне обещал забыть уже эту чушь с «я все сделаю один, а вы постойте в сторонке». Мы идем вместе и точка.
Дора впервые видела Бланку такой властной, готовой во что бы то ни стало настоять на своем.
— Может мы и не братья по крови, но ты для меня ближе брата, — торжественно проговорил Фриц. — Мой божий дар и меч всегда к твоим услугам. Да и видел я уже берсерков, нашел, чем пугать.
Все посмотрели на Дору, и та, разведя руками, сказала тоном мамочки, сдающейся под напором детишек, которые требуют невозможного:
— Куда вы — туда и я. Думаю, ведьминская магия пригодится, да и рассудительность моя не помешает. Вот скажите, на милость, как мы найдем тантов, которых собрался грабить Эйрик? Мысли его прочтем на расстоянии?
Не смутившись вопросу, Карл сказал:
— Пойдем вдоль берега моря до места, где высадится отряд. А оттуда по их следам. Но, думаю, долго шагать не придется: тантские племена обычно откочевывают на лето к морю и здесь же строят временные хижины.
— Селятся прямо так, чтобы разбойникам было удобнее, — проворчала Дора. — Может дураков и спасать не стоит?
— В море — рыба, тюлени и прочая живность, которую запасают на зиму, а зимы здесь холодные, и ночь длится три месяца, — сообщил Карл.
— Каждый надеется, что нападут не на его клан. Или что удастся сбежать. Таковы люди, — философски изрек Фриц.
— Идемте, а то не успеем, — поторопила всех Бланка.
Друзья быстро свернули лагерь, запихав не успевшее провариться мясо в кожаный мешок. Бульон, увы, пришлось наскоро выпить, и большая часть досталась Карлу, который не боялся обжечь горло.
Собрав вещи, четверка двинулась по лесной тропинке, тянувшейся вдоль скалистого берега моря. Карл шел впереди, выбирая путь и помогая девушкам перелезать через валявшийся на дороге сухостой.
— В отряде твоего брата ведь нет других бесеков… то есть берсерков, верно? — спохватившись, спросила Дора.
— Вот-вот, — поддержал ее Фриц. — Я-то имел сомнительное удовольствие лицезреть тебя в деле, и мне не улыбается сражаться с толпой таких, как ты.