Сходни были уже убраны, но Карл в длинном зверином прыжке перемахнул на борт. Один из воинов оказался слишком близко и Карл легко, будто походя, размозжил ему голову.
Пленники в страхе заголосили, второй генвинд спрыгнул за борт прямо в кольчуге, надеясь выплыть и спастись от лап берсерка.
На борту перед Карлом остались только танты.
Таахва надрывно крикнул, сделал несколько шагов вперед, но Бланка с неожиданной силой потянула его назад.
— Карлито! — позвала она так, как будто они все просто гуляли и Карл отошел слишком далеко. — Иди сюда!
Карл замер рядом со жмущимися друг к другу тантами, затем медленно, точно через силу, повернул голову.
— Зачем ты привлекаешь его внимание? — прошипела Дора.
Стыдно было признаться даже самой себе, но она считала, что пусть уж лучше Карл прикончит тантов, чем начнет штурмовать святой барьер.
— Бланка знает, что делает, — одернул ее Фриц.
Та словно не заметила замечания Доры и, перебирая струны лютни, начала петь голосом чистым, как колодезная вода или солнечный свет ранним утром.
Когда-то давно Дора слышала сказку о человеке, который игрой на волшебной дудочке мог выманить из нор крыс. Когда жители города отказались платить ему за избавление от грызунов, он увел за собой всех детей. И с тех пор их никто не видел.
Сейчас Дора смогла увидеть воплощение сказки в жизни. Заслышав пение Бланки, Карл сначала едва заметно дернулся, затем с видимым трудом развернулся и спрыгнул с драккара на песок. Медленно-медленно Карл поплелся к барьеру, его налитые кровью глаза потеряли всякое выражение, как у человека, погруженного в магический транс. Музыка звала его и он шел.
Бланка пела о графе-оборотне: превращаясь в волка, он защищал свои земли от врагов. Иногда животное захватывало его разум и тогда заклинание любимой супруги возвращало ему человеческий облик.
Солнце — наш отец священный,
Мужа вынь из шкуры тленной!
Пусть вернется в отчие стены
Человеком неизменным!
Заря встает в ночи
И страшный зверь кричит.
Не обманул жену
Последний бой — кончай войну!
Когда Бланка завершила песню на высокой ноте, Карл остановился перед барьером. Дору охватил испуг, показалось, что вот-вот страшный берсерк ударит по невидимой стене со всей чудовищной мощью.
Но Карл вдруг осел на землю как марионетка, у которой отрезали ниточки.
Фриц вовремя убрал барьер, и Бланка успела подхватить Карла за плечи, не давая упасть лицом вниз. Совершенно не боясь запачкаться в крови, она нежно обняла его, устроив голову у себя на плече.
Все закончилось.
=======
В тексте использовался отрывок из песни Пелагеи "Оборотень-князь".
Глава 17. Часть 1
В гостях хорошо,
да никто не приглашает.
У Доры обмякли мышцы, больше не было сил удерживать боевой настрой. Она едва успела наклониться, прежде чем ее вырвало. И выворачивало наизнанку несколько минут.
Убрав косу, Фриц заботливо поддерживал Дору за плечи. Кроме его присутствия, она мало что осознавала в окружающем мире, погрузившись в волны дурноты.
Когда в животе уже ничего не осталось, а голова перестала кружиться, Дора с трудом выпрямилась.
— Простите, — прохрипела она, вытирая ладонью рот. — Не смогла…
Фриц отмахнулся от нее.
— Да ладно, меня гораздо хуже выкручивало после первого близкого знакомства с силой Карла.
Поднявшись не без помощи Фрица, Дора осмотрелась, оценивая обстановку. Некоторые из валяющихся на земле генвиндов шевелились и стонали, но вряд ли стоило их опасаться.
Карл, похоже, впал в забытье, Бланка, устроив его голову у себя на коленях, платком вытирая кровь с его бороды и лица. Зато Таахвы нигде не было видно.
Обеспокоенно повертев головой, Дора заметила его на борту драккара. Наверное, Таахва развязывал своих: различить быстрые движения его маленькой фигурки оказалось сложно.
— Надо перенести Карлито туда, где тепло и обработать раны, — тихо проговорила Бланка.
— Разве берсерки не лечатся сами? — устало спросила Дора. — Звериная магия и все такое.
— Верно, но с нашей помощью он восстановится быстрее.
Кивнув в сторону спускающихся со сходней тантов, Фриц заметил:
— Сейчас Таахва и остальные нам помогут. Донесут Карла до одной из землянок, устроят как-нибудь…
— Или воспользуются тем, что мы ослабли после битвы и попытаются прикончить, — процедила Дора.