— Мне жаль, — промямлила Дора, не зная, что еще сказать.
— Ничего. — Като убрала волосы и снова улыбнулась, светло, нежно, будто думала о чем-то хорошем. — Фридрих ур сказать: мой малыш на Небе, у Господа. И я тоже быть там, когда умирать. Не Ад, хозяин — Ад, он плохой, не я.
У нее на глаза навернулись слезы, и Като яростно потерла их ладонью.
— Простить, я просто хотеть сказать: Фридрих ур хороший.
— Я знаю. — Дора осторожно взяла Като за руку, сжала шершавые пальцы. — Спасибо, что рассказала.
В голове вертелась единственная мысль: «На ее месте могла быть ты, если бы не унаследованная магия!». Сердце пронзила острая жалость, и Дора с трудом сдержалась, чтобы не всхлипнуть.
С минуту они постояли в тишине, Дора хотела бы сказать что-нибудь ободряющее, но не находила слов, только выдавила:
— Ну, мне пора.
Уже поднимаясь по лестнице, она подумала, что Като могла просто пытаться давить на жалость. Дора ведь чуть не ляпнула, мол, не надо оплаты. Пока шла к комнате, она так и не решила, стоит ли верить Като.
Карл и Бланка уже сладко посапывали, Фриц лежал с закрытыми глазами, но явно не спал.
— Като тут рассказывала, как ты ее поддержал, — шепнула Дора. — Нахваливала тебя.
— Она милая девочка, но любит преувеличить, — пробормотал Фриц, не открывая глаз.
— А что насчет жестокого клиента, которого ты отвадил? — Дора, помня слова Розы, давно хотела спросить это у Фрица, да призабыла, занимаясь солью.
— Было дело, но уже не припомню деталей. — Фриц широко зевнул, так что аж клацнул зубами, закрывая рот. — Спокойной ночи.
— Приятных снов.
По тому, что Фриц не пытался рисоваться и пафосно вещать истории о своих благородных деяниях, Дора поняла, что рассказ Като и упоминание Розы о злобном посетителе - все правда…
Ощутив, что ее трясут за плечо, Дора с удовольствием вырвалась из удушающих объятий сна. Отдохнуть толком не получилось: ее мучили кошмары, полные смутного страха, угрожающих черных фигур и чьих-то стонов.
Над Дорой склонился Карл, который, убрав руку с ее плеча, сказал с виноватыми нотками:
— Пора вставать.
Сев на постели, Дора увидела в слабом свете масляной лампы, что остальные уже собираются. Бланка натягивала камзол, не попадая в рукава; выглядела она невыспавшейся, то и дело подавляла зевоту. Вытерший лицо полотенцем Фриц тоже казался усталым и помятым. Только Карл был бодрячком, вот уж кого никогда не будет мучить бессонница.
— Тоже не выспались? — спросила Дора, обращаясь к Бланке и Фрицу.
Последний процедил:
— Да явился какой-то не в меру ретивый клиент, по-моему, вообще единственный за ночь, но уж сладострастный не в меру. Стонал так, что, наверное, еще чуть-чуть и крыша бы со здания слетела.
— Зато у девочек появятся хоть какие-то денежки, — заметила Бланка.
После вежливого стука в комнату заглянула сама Роза.
— Мы готовы. — Для человека, над которым висит опасность смерти от бесплотных рук призрака, она выглядела спокойной и бодрой.
Друзья вышли следом за ней в коридор: бордель погрузился во мрак, который разгоняла только лампа в руках Розы. Если бы не доносившийся на галерею говор множества женских голосов — низких грудных и звонких, как колокольчик — могло показаться, что друзья попали в склеп.
Дойдя до конца галереи, Роза остановилась у одной из похожих друг на друга дверей и осветила лицо застывшего рядом со створками Габора.
— Хотела бы послать вам на подмогу Лайоша, но он стережет дом снаружи, в нашем квартале никогда нельзя ослаблять бдительность. — Роза приоткрыла дверь. — Вы будете снаружи караулить или внутри?
— Я снаружи, остальные — внутри. — Карл окинул Габора откровенно недовольным взглядом, но больше ничего не сказал.
Комната была больше той, которую выделили друзьям, но казалась маленькой из-за набившихся в нее женщин. Весь пол был застелен одеялами, на которых сидели куртизанки. На единственной мебели — кровати — расположились Сарика и Като. Обе выглядели какими-то потрепанными, а Като вообще лежала точно мешок, со страданием глядя мимо Сарики в стену.
— Когда-то это была моя комната, — шепнула Роза и присела на единственный свободный топчан, который находился слева от двери.
Появление троицы «защитников» вызвало у дам бурные восторги, большая часть которых была направлена на Фрица.
— Девочки спрашивают, как вы собираетесь победить призрака, — прохрипела Сарика.
— Описывать скучно. — Фриц пожал плечами и пытливо взглянул на нее. — Лучше скажи, ты хорошо себя чувствуешь?