У Фрица самым глупейшим образом отвисла челюсть. Бланка и Карл смотрели на Дору, выпучив глаза и разинув рты. А та, внутренне хохоча, осведомилась небрежно:
— Ну как, полегчало?
Первой, схватившись за живот, залилась смехом Бланка. Затем Карл, запрокинув голову, заржал, как молодой жеребец. Наконец, Фриц оправился от глубокого потрясения и улыбнулся.
— Знаешь, если ты всегда будешь меня так успокаивать, я каждый день готов лить слезы в три ручья.
— Обойдешься. — Дора скрестила руки на груди. — Хорошего понемножку, когда будешь тосковать в следующий раз, просто тресну от души.
Так, подкалывая друг друга, они пошли дальше, и Дора улыбалась, в ответ на улыбки друзей. Побывав в борделе и увидев истрепанных жизнью блудниц, она еще больше стала ценить то, что получила в дар от судьбы.
Магическую силу, которая не даст умереть с голода, и верных товарищей, всегда готовых поддержать.
Глава 23. Часть 1
Девушка-красавица,
Ты мне очень нравишься,
У меня есть три жены,
А четвертой будешь ты.
Уважаемый, уже
У меня есть пять мужей,
Я их всех люблю, а ты,
Если хочешь, будь шестым.
В таверне одного из приграничных ровенских городов, казалось, собрались люди со всего света. Дора с трудом сдерживалась, чтобы не пялиться на каждого встречного.
Тут были темноволосые загорелые иллирийцы, над столиком которых стоял неумолчный гвалт.
Суровые бородатые торговцы с севера, на которых Карл старательно не смотрел, пока четверо друзей шли через битком набитый зал таверны.
Басарцы в полосатых халатах и белых чалмах.
Один раз Дора даже увидела темнокожего мужчину, словно вылитого из червленой стали. От мысли, из какой дали он прибыл в Срединные земли, начинала кружиться голова.
В общем, народищу в городе было полным полно, так что друзьям с трудом удалось найти свободную комнату в таверне. Да и за ту хозяин заломил втридорога. Но пришлось заплатить.
Несколько дней назад квартет столкнулся с инквизиторами, и на беду один из них, признав Фрица, тут же завел старую песню «Убить еретика!». Друзья бросились наутек от превосходящих сил противника, но бравые воины церкви не отставали.
После нескольких дней блуждания в лесах и запутывания следов, четверка решила для надежности еще и побывать в большом городе. Человека сложнее всего найти не в чаще, а в толпе других людей.
Похоже, уловка, ради которой пришлось сделать крюк на пути в Святой город, удалась. Инквизиторы, которые буквально наступали отряду на пятки, исчезли.
Все же друзья не стали обедать в зале трактира (да и место удалось бы найти только с боем) и сразу поднялись в свою комнату. На лестнице было не протолкнуться, но Карл двигался через толпу с неумолимостью лавины, заставляя всех встречных жаться к перилам.
Дора шла по скрипучей, кое-где подгнившей лестнице последней, иногда оборачиваясь, чтобы еще раз посмотреть на чернокожего. У него, оказывается, даже кольцо в носу было! Вот так странный тип.
В какой-то момент мимо протиснулась женщина, недовольно что-то бормоча на шелестящем ровенском. Дора скользнула по ней взглядом…
И застыла, ошеломленная.
Черные глаза в обрамлении густых ресниц. Идеально ровные дуги тонких бровей.
Линия носа, прямо переходящая в лоб. Такую особенность лица многие вермилионцы унаследовали от тех, кто жил на этой земле до прихода кочевых племен из Великой Степи тысячи лет назад.
Перед Дорой будто явился призрак матери, даже морщинка, пролегшая от забот меж бровями незнакомки была точно такой же.
Но Ирина Кузнецова давно покоилась под слоем земли на пьетровском кладбище. Женщина, с которой столкнулась Дора, могла быть только…
Забыв обо всем на свете, о друзьях и о важной миссии, Дора рванула следом за незнакомкой, которая уже успела спуститься в зал таверны.
Изо всех сил расталкивая локтями встречных и получая вслед гневные крики, Дора спешила за женщиной, но догнать никак не получалось.
На улице народу было поменьше, так что Дора, лавируя среди прохожих, оказалась на расстоянии нескольких локтей от незнакомки. Та внезапно обернулась, будто почувствовала преследование, и встретилась взглядом с замершей Дорой.
На лице женщины быстро сменили друг друга выражения недоумения и ярости. Затем она приобрела отстраненный вид и, резко развернувшись, пошла быстрее, почти побежала.