— Покажите своим мужьям, — ласково напутствовала Мириам.
— Наверное, у меня не получится повторить такой чудесный танец, — смущенно проговорила Бланка.
Дора чуть не ляпнула, что ей некому показывать (пусть в голове и скользнула мимолетная мысль о захлебывающемся слюной Фрице), но вовремя сдержалась. Не стоило сообщать о своем одиночестве, мало ли, вдруг у басарцев считается, что женщину, которую не защищает муж или брат, можно похитить. Вон, Лейли не стала жить одна, поспешила выйти замуж.
Хозяйки не желали отпускать гостей до самой темноты, когда небо стало бархатисто-фиолетовым, словно пологом накрывая сад.
Дора порадовалась, что ношу поддержания беседы взвалила на себя Бланка, расточавшая милые улыбки и восхищавшаяся всем подряд. Разговоры текли журчащим ручейком, сливаясь с песнями. Даже Зафар иногда вставлял замечания, но вел себя словно какая-нибудь элизарская дуэнья, так что не портил ощущение девичника.
Пожалуй, можно было бы даже насладиться этим вечером, если бы не постоянное напряжение. Да и один момент слегка омрачил светлую атмосферу в беседке. Служанка, разливавшая по бокалам апельсиновый сок, оступилась и пролила немного на подол платья Бланки.
Нежные черты Мириам тут же исказились гневом, она обрушила на голову сжавшейся служанки поток грубых криков. Лейли, и не думая останавливать сестрицу, обратилась к Бланке:
— Я подарю тебе новую одежду, мы ведь одного роста, да и фигурой похожи. А эта криворукая девица посидит немного на хлебе и воде.
Бланке пришлось приложить немало усилий, чтобы упросить новых подружек сжалиться над служанкой.
— Пожалуйста, не портите столь прекрасный день. Даже когда я вас покину, меня неустанно будут преследовать мысли о бедной девушке.
Наконец, Мириам и Лейли поклялись именем Зоара, что служанке не причинят вреда. На этом они распрощались.
— Так жаль, что вы отбываете завтра, — сокрушалась Лейли. — Может быть, все же уговорите своих мужчин задержаться подольше?
— Увы, тут мы не властны над решением руководителя посольства. — Это был тот редкий момент, когда Дора заговорила.
«Вам было бы лучше, если бы мы и правда уехали завтра», — добавила она уже мысленно.
Когда бессменный Зафар проводил Бланку и Дору в их покои, оказалось, Анна не сидела без дела.
Убедившись, что под дверью не подслушивают, а Зафар ушел достаточно далеко, она сообщила шепотом:
— Я проверила комнату, за нами точно не следят. Видимо, не считают важными птицами. Подумаешь, женщины… А вы узнали что-нибудь полезное?
Дора была вынуждена сознаться, что нет: вряд ли сведения о семейной жизни Акбара-вали или рассказы о басарских обычаях могут пригодиться.
— Зря ты с нами не пошла, было весело, — тут же выдала Бланка и скороговоркой поведала о том, какие Мириам с Лейлой «милые».
Анна посмотрела на нее, точно на умалишенную, и под этим взглядом Бланка быстро стушевалась. Дора ощутила стыд, вот только не смогла понять за кого: за сестру или за подругу.
Решив все же подстраховаться, Дора взяла оставшуюся на столе вощеную дощечку и написала: «Как ты можешь так спокойно говорить с теми, кого нам, возможно, придется убить?». И показала Бланке.
Та нахмурилась, быстро выхватила у Доры стило и вывела ответ.
«Но ведь я-то не собираюсь никого убивать».
И устремила на Дору лучистый серьезный взгляд, но та поспешила отвернуться. Сейчас Бланке легко судить, а если бы ей выпала возможность отплатить тем, кто сжег ее родных заживо, подпалила бы им пятки…
Изрядно утомившаяся Дора с удовольствием бы отправилась спать, но посещением жен вали испытания этого долго дня не закончились. Впереди ждал пир, который проводили глубоким вечером, когда на землю опускалась прохлада.
Как и сулила Мириам, пиршество оказалось на диво скучным, по крайней мере, для присутствовавших женщин. Танцев, как на привычных Доре празднествах клирикан, не было, так что оставалось лишь пробовать необычную еду, благо, столы ломились от снеди.
Разные виды мяса, приправленные незнакомыми Доре, но умопомрачительно пахнущими специями. Сладкие южные дары природы: персики, апельсины, яблоки, ежевика, малина, айва, чего тут только не было! Медовые сладости и орехи. Отличное вино.
Пир проходил в большом зале с резным потолком: стоит только поднять голову и можно бесконечно любоваться изящным кружевом. Покрытые парчой столы выстроились на ступенчатом помосте вокруг двух золоченых тронов, где расположились хозяева.