— Колдун мог прихватить с собой семена. — Чтобы не тратить время зря, Дора сопровождала беседу выдергиванием стеблей дурманного растения.
— Вряд ли. — Фриц покачал головой. — Это мы носим все с собой, у него же был удобный домик.
Дора молча согласилась с друзьями: они могли гоняться за магом по всей долине и не поймать, зато уничтожение посевов алмунашитат-еашуб принесет ощутимую пользу.
Они трое присоединились к Бланке в ее диковатом танце, сопровождающемся обрыванием сорняков. Особенно усердствовал Карл, который выдергивал своими здоровыми ручищами больше пучки травы.
Вдруг к топоту людских ног присоединился грохот, доносящийся со стороны леса.
— Задница Идлинга… — Вырвалось у Карла, который тут же поспешил закрыть рот ладонью.
— Прячемся в доме! — Дора, подобрав юбку, бросилась бежать, обнаружив в себе нерастраченные запасы сил.
Остальные поспешили следом, причем Фриц обогнал всех и первым рыбкой влетел в открытую дверь домика. Ломанувшаяся за ним Дора споткнулась о порог и плюхнулась прямо на Фрица.
Забежавший последним Карл плотно закрыл дверь, на всякий случай прислонившись к ней спиной.
— Дорогая, я безмерно наслаждаюсь нашей близостью, но все же прошу: слезь, иначе я за себя не отвечаю, — просипел Фриц.
Дора вскочила на ноги и, не обращая внимания на продолжавшего сыпать остротами Фрица (который, похоже, пошлил еще больше, когда волновался), подбежала к маленькому окошечку. К ней присоединилась Бланка.
— Ой, идут…
Из леса действительно вышли четверо троллей: собравшись вместе, они производили убойное впечатление — сосредоточение мощи и дикости.
— Может, мне снова спеть? — шепнула Бланка.
— Попробуй, по крайней мере, тому, с синими камнями твоя песня понравилась. — Вставший позади девушек Фриц слегка кивнул, пытаясь указать на одного из троллей.
Только сейчас Дора поняла, что у поклонника Бланки камни на теле отливают приятным, аквамариновым оттенком. И вообще все тролли отличались цветами, так сказать, кожи, как люди цветом волос и глаз.
Достав из-за спины лютню, Бланка изготовилась петь. Фриц поднял руку, шепнув, что к магии музыки лучше прибегнуть, когда тролли точно решат проверить домик.
Но тут четверка живых каменных глыб остановилась, все тролли дружно уставились куда-то в траву. Прищурившись, Дора ничего не увидела, зато расслышала кваканье. Такой громкий звук, эхом отражающийся от скал и деревьев, не услышал бы только глухой.
— Случайно не наша знакомая жаба? — Фриц вскинул брови, но Дора жестом велела ему заткнуться.
Хотя она не могла понять ни слова из кваканья, но ощутила напряжение момента. Остальные тоже замерли рядом, Бланка даже затаила дыхание.
Один из троллей, наверное, старший, ответил на кваканье голосом, похожим на грохот камнепада. Даже на достаточно большом расстоянии, за стенами дома от него было больно ушам.
— Кто бы знал, что стоило учить троллиный… — Фриц просто не мог держать рот на замке, поэтому Дора прижала к его губам открытую ладонь.
Судя по всему грозный ответ троллей Кваквака, если в траве прятался именно он, не впечатлил. Он квакнул ровно три раза, и дальше началось нечто необычное.
Из леса вышли трое медведей, двигаясь на задних лапах, от чего казались огромными.
От ручейка, видного из окна, поднялась прозрачная фигура, имеющая слабо уловимые женские очертания.
Откуда ни возьмись над полями появилась туча птиц: они кружили и громко кричали на разные лады.
Даже деревья, казалось, грозно зашумели листьями, стволы нескольких старых сосен начали угрожающе раскачиваться, хотя дувший в долине слабый ветерок мог разве что слегка пошевелить их ветки.
Складывалось ощущение, что сама природа выступает против троллей. Возможно теперь, когда тех не защищал колдун, им было, чего бояться.
Некоторое время продолжалось противостояние, если можно так говорить о столкновении двух первозданных сил, существовавших в мире еще задолго до появления человека.
Затем главный тролль снова что-то прогрохотал и первым грузно повернулся, собираясь уходить. За ним потянулись его соплеменники, только синий тролль не спешил. Еще некоторое время постоял, возможно, рассматривая поля и дом в поисках певицы, запавшей ему в сердце. Но вот он тоже повернулся и потопал прочь, сотрясая землю.
Едва тролли ушли, грозная атмосфера тут же развеялась. Птицы улетели, дух ручья исчез, медведи вразвалочку вернулись в лес.