— Сонный. Кинь так, чтобы он попал в нос и глаза.
— Как быстро он уснет? — отрывисто спросил Карл.
— Человек бы захрапел почти мгновенно, но насчет этого существа предполагать не могу. Может вообще не подействует…
— Стоит попробовать. — Карл быстро достал из вещевого мешка какую-то тряпку и начал завязывать на лице, чтобы прикрыть нос.
Тем временем, Бланка все же решила спеть песню про оборотня, но судя по тому, как яростно монстр продолжал атаковать барьер, баллада о гибели злобного барона-перевертыша на него не подействовала. Казалось, он даже еще больше разозлился, начав громче вопить свое «Сорра! Сорра!».
Фриц же продолжал шепотом молиться, сжимая в руках крест: его божий дар был пока что их единственной защитой.
Закончив завязывать тряпку, Карл высыпал себе на ладонь немного порошка и велел:
— Все, отойдите подальше от барьера. Фриц, уберешь его по моей команде.
Друзья без споров подчинились ему, Карл встал точно перед бросающимся на стену монстром, держа в одной руке меч, а в кулаке другой сжимая сонный порошок. Дора надеялась, что все сработает как она и ожидала. Но пусть даже мелкие крупинки не усыпят монстра, они наверняка доставят ему много проблем.
— Давай! — скомандовал Карл.
Едва Фриц что-то коротко прошептал, барьер испарился. Чудовище, снова пытавшееся его пробить, наткнулось на пустоту и полетело вперед, еще не понимая, что произошло.
Воспользовавшись его замешательством, Карл швырнул прямо в морду монстра горсть порошка и тут же отскочил.
Чудовище рухнуло точно там, где мгновение назад стоял Карл. Оно жутко чихало, фыркало и терло морду лапами. Правда, спать пока не собиралось, зато теперь ему не было дела до Карла. Чем тот и воспользовался.
Замах. Сверкающий росчерк в воздухе. И хлюпающий звук пополам с хрустом.
Наверняка монстр, занятый свербящим носом, даже не понял, что умер.
Из разрубленной шеи текла, разливаясь лужей, алая кровь с синим отливом, доказывающим нечеловеческую природу монстра.
Достав специальный кожаный мешок, из которых бы ничего не вытекло, Карл поднял отрубленную голову за то, что можно было счесть волосами, и засунул туда.
Хотя Дора уже не раз видела подобное, но все равно гадливо отвернулась.
— Твой порошок так здорово пригодился сегодня. — Бланка никогда не скупилась на восторженную похвалу.
Смутившись, Дора, которая не умела толком отвечать на комплименты, пробормотала:
— Да ничего особенного…
— Вот я — совсем ничем не смогла помочь, — добавила Бланка, понурившись.
Дора уже собиралась подбодрить ее, но Фриц опередил, сказав с улыбкой:
— Всякое бывает, не расстраивайся, малыш. Нельзя вечно быть лучшим.
— Смотрите-ка! — Голос Карла привлек всеобщее внимание.
Обернувшись к нему, Дора изумленно охнула: труп чудовища уже начал разлагаться. Хотя вряд ли это слово подходило для описания хлопьев розовой пены, медленно покрывающей кожу монстра. Он как будто… таял? Растворялся?
Доре вспомнился один чудаковатый старик, показывавший в Пьетро фокусы. Сам себя он называл великим алхимиком, и, развлекая публику, погружал кусок железа в особую жидкость, где оно, вот так же покрываясь пеной, постепенно исчезало.
— Странное чудище, — проворчал Карл. — Сомневаюсь, что оно когда-то было человеком.
— А я думаю — было, — неожиданно твердо сказал Фриц. — Мне почему-то кажется, что он стал монстром не по своей воле… И должен уйти, как человек.
Остановившись возле безголового тела, Фриц начал размеренно читать молитву за упокой души. Дора застыла, вслушиваясь в знакомые слова, пробирающие сейчас до озноба. Ей вдруг стало жалко этого нелепого монстра. Но не могли же они его отпустить? Он убивал людей, значит, сам заслуживал смерти.
Бланка и Карл тоже терпеливо ждали, пока Фриц закончит провожать душу существа (если она вообще была) в последний путь.
— Все же, я думаю, это обычный монстр, — заметил Карл, когда Фриц замолчал.
— Бог решит, — мрачно обронил тот.
От трупа меж тем остался только скелет с несколькими кусками плоти.
Карл первым двинулся в обратный путь, слегка побледневшая Бланка поспешила за ним. Перекрестившись, Дора тоже пошла прочь. После такого еще кошмары начнут сниться, и она ведь только недавно избавилась от жутких видений пыточной камеры…
Вскоре Фриц, задержавшийся у тела, нагнал друзей и настороженно спросил: