По камням весело цокали копыта лошадей, везших простые телеги или богато изукрашенные кареты. Одну, Дора была готова поклясться, украшала настоящая позолота.
Попалось друзьям по пути и несколько всадников в богатых одеждах. Правда, их стоило обходить десятой дорогой. Один такой расфуфыренный дворянин замахнулся на перегородившего ему дорогу Карла плеткой. Тот не стал ругаться, а просто отошел, хотя наверняка мог оторвать голову и всаднику, и его горячему скакуну. Одним ударом.
Зато Бланка долго возмущалась невежеством знатного господина и рвалась вершить справедливость. Насилу ее удержали.
И всадники, и кареты двигались в одну сторону — на север, где возвышался замок алиссенского короля.
Сперва друзья тоже шли в ту сторону, но затем свернули и оказались на большой площади перед храмом.
Дора восхищенно разинула рот: такой же большой храм она видела только в Василевсине, да и то, тириенский собор святого Николая, как его назвал Фриц, казался еще больше.
Две башни возносились вверх, словно руки обнимая центральный неф. Над входом блестело в лучах солнца окно с иллирийский стеклом, по форме похожее на цветок розы со множеством лепестков. Ниже, прямо над огромными створками дверей, располагался барельеф, на котором с удивительной реалистичностью была представлена сцена распятия Божьего Сына. Каждая из каменных фигур, начиная со скорбящей Матери, до злых ненавистников Сына, выглядела так натурально, будто вот-вот оживет.
— Ну, я пошел во дворец к архиепископу, а вы пока полюбуйтесь собором. Если нужно будет, я за вами пошлю.
Фриц быстро зашагал к серому каменному зданию, которое совершенно терялось на фоне собора. Однако Дора отметила, что в каждый из оконных проемов вставлено иллирийское стекло, которое мог позволить себе только очень богатый человек. Или церковь, которая брала все бесплатно.
Бланка первая пошла к храму, а Дора робела от такой красоты — ну как прогонят?
— Идем, Дорочка! — позвала Бланка. — В храм пускают всех желающих, чтобы они восхитились роскошью внутреннего убранства и прониклись уважением к Церкви.
— Если они уже восстановили все… — Карл резко замолчал и нахмурился, будто задумался о чем-то неприятном.
Дору распирало от любопытства, но она сдержалась: помнила призраков искалеченных людей, которые мучили Карла в Адских вратах. Лучше было не ворошить тьму, скрытую в его прошлом.
Бланка уже стояла возле дверей храма, повязывая на голову платок. Сегодня она, вопреки обыкновению, надела платье, а не мужской костюм. И сразу стала казаться более тоненькой, воздушной.
Дора собралась уже идти за ней, но заколебалась. Вдруг все же Тобиас поменял свое мнение, как часто случалось с отцами церкви, и прикажет схватить Фрица? Или кто-то в его окружении окажется шпионом пресловутого архиепископа Филиппа.
— Останусь-ка я снаружи, — сказал Карл, словно отвечая на мысли Доры. — Вряд ли, конечно, с Фрицем что-то случится, он обычно хорошо оценивает людей, если это не смазливые девицы. Но все же лучше, если кто-то покараулит.
Говоря так, он как-то странно взглянул на собор.
Бланка поспешила к Карлу, мягко положила руку ему на предплечье.
— Тебе стоит зайти внутрь и убедиться, что храм так же прекрасен, как и раньше. Прошлое осталось позади. Не казни себя.
Карл слабо улыбнулся
— Зайду как-нибудь попозже. Да и не хочу оставлять оружие.
Бланка вздохнула и все же вошла в храм, перекрестившись на входе. Дора, перед тем как уйти, вручила Карлу два глиняных шарика, и на его вопросительный взгляд пояснила:
— Я называю это бомбочками. Нужно сильно бросить, тогда оттуда повалит ядовитый дым. Не смертельно, но рвоту должен обеспечить любому.
— А ты девушка с сюрпризами, как бы сказал Фриц. — Карл улыбнулся краешком рта. — Надеюсь, все сработает как надо?
— Конечно. — Дора изобразила уверенность, хотя на самом деле еще ни разу не испытывала новое изобретение.
Она направилась к храму и, зайдя, застыла на пороге. Она-то думала, что удивиться еще сильнее, чем от внешнего вида собора, было уже невозможно. Но оказалось, что внутри он еще красивее, чем снаружи.
Изящные колонны тянулись ввысь, точно стволы древних сосен. Когда Дора посмотрела на потолок, украшенный фреской с изображением Бога и ангелов, у нее закружилась голова. Так высоко! Белоснежно-золотая роспись казалась окошком в настоящее Царствие Небесное.
Дора бы так и стояла, разинув рот, если бы не получила легкий толчок от Бланки. На недоуменный взгляд, та ответила кивком в сторону алтаря. Теперь и Дора увидела, что идет служба: священник в одеждах, щедро украшенных золотым шитьем, звучно читал молитву.