После горячей отповеди Фрица Дора смутилась. Действительно, в реальности турниры были далеко не так прекрасны, как в песнях менестрелей, которые всегда жадно слушала Дора. Пожалуй, она бы не хотела, чтобы ее любимый мужчина доказывал свои чувства, калеча и убивая других. Пусть лучше использует свою силу во благо, как Карл или Фриц. А обвинять последнего в трусости вообще верх глупости.
— Да уж, историю, которую ты рассказал, менестрели бы воспевать не стали. — Дора покаянно склонила голову. — Но всегда хочется помечтать.
— Я тоже зря разошелся. — Фриц примирительно улыбнулся. — В целом, ты была права. Если бы Карл встал перед Бланкой на одно колено и вручил ей корону Королевы Рыцарей, получилось бы одно из лучших признаний в любви.
— Между прочим, я все еще здесь, — сухо вставил Карл.
— Вот и мотай на ус. — Дора слегка ткнула его локтем в бок.
— Что толку все это обсуждать? Все равно в турнирах могут участвовать только дворяне. Да и положенных доспехов у меня нет. — Он махнул рукой, показывая, что разговор закончен.
Так или иначе, друзьям пришлось закрыть тему, потому что из толпы вынырнула Бланка.
— Нет тут никакой принцессы, одни стражники, мешающие подходить слишком близко к помостам, — разочарованно сказала она. — И смотреть тут нечего. Пойдемте лучше погуляем по Тириену.
Никто не возражал: в поле для турниров не было ничего интересного или красивого.
Друзья вернулись в город, по пути Фриц и Бланка на правах уже посещавших Тириен рассказывали разные истории.
— О, вон тот красивый особняк я не помню. — Бланка показала на двухэтажный дом с фигурами крылатых существ на крыше. — Видимо, отстроили после нападения сванов. Надо же, как Тириен быстро восстановился. Вроде прошло всего шесть лет…
— Семь, — тяжело поправил ее Карл.
Бланка удивленно приподняла брови, у Доры же чесался язык спросить, с чего такая точность? Но Фриц, взглянув на Карла с пониманием, быстро сказал:
— Ага, семь лет назад. Впервые северяне так далеко зашли на материк и захватили не просто большой город, а столицу богатого королевства. Хотя дело не только в их ярости да умении драться, но и в том, что весь цвет рыцарства полег в Крестовом Походе — вот северяне и могли спокойно гулять по Срединной Земле несколько лет подряд, не встречая особого сопротивления. К тому же тогдашний алиссенский король та еще падаль был. Трус сбежал из города вместе с большинством рыцарей, оставив его без защиты… Нынешний Иоанн Четвертый папаше не чета, и тогда поспешил Тириену на помощь. Но не успел, только знатно потрепал уже отступающих сванов… О, а вон там, смотрите, здание гильдии живописцев!
Дом из желтого песчаника невозможно было не заметить: над входом красовалась чудесная фреска, изображающая Мать и Сына. Нежные цвета создавали такое впечатление, будто их лица светятся изнутри. Дора постаралась запомнить каждую черточку, чтобы сохранить чарующий образ в сердце. Была какая-то злая ирония в том, что выбраться из захолустного Пьетро и повидать мир Доре удалось только из-за Инквизиции. И, конечно, благодаря друзьям. Но если бы Дора не попала на костер, то наверняка не встретила бы их.
Главное, что теперь она не одна. Неожиданным подарком судьбы стал тот, на который после смерти родителей Дора не надеялась: люди, готовые поддерживать и защищать ее.
Улыбнувшись, Дора поспешила за остальными.
Они решили посетить главный рынок: в таких оживленных местах всегда можно и работу найти, и прикупить что-нибудь полезное.
Друзья прошли несколько улиц и уже слышали крики торговцев, у которых была особо луженая глотка, как вдруг Карл шепнул, едва шевеля губами:
— Похоже, нас преследуют. Не оборачивайтесь.
Обеспокоенная Дора скосила глаза так, что они заболели, но не увидела среди людей, идущих позади, кого-то подозрительного. Хотелось надеяться, что Карлу показалось. Не хватало еще опять улепетывать от Инквизиции!