После обеда ведьмы как-то незаметно разошлись, и беспощадный ярл вновь погнал ученицу через муки учебы. Правда, Айне в долгу не оставалась и вдоволь позабавилась, наблюдая, как тот учится ходить бесшумным, так называемым «лисьим» шагом охотников леани.
Прошла еще седмица. Ярл с грехом пополам уже мог подкрасться неслышно к лесной живности, но попытки проделать это с Айне приводили только к насмешливому фырканью с ее стороны. Крутящиеся вокруг ведьмы тоже частенько замечали его и исчезали с пути раньше, чем ярл к ним подбирался. Хотя пару раз ему удавалось, и переполох тогда стоял на пол-леса. Айне при этом злорадно хихикала и вновь поучала:
— Ярл, бесшумного перемещения мало. Надо всеми силами стараться казаться деревом, или веткой, или тенью от облака и внушить это жертве настолько, чтоб, даже посмотрев на тебя и понюхав, тот же барсук и считал тебя деревом или кустом.
Тот соглашался и продолжал учебу, не забывая, впрочем, проверять, как идут дела у Айне и давая все более тяжелые задания. А дела шли неплохо, настолько неплохо, что девушка поневоле стала задумываться, насколько же гадко должно все повернуться, чтобы понадобилось такое мастерство.
Как-то вечером, когда Айне вдоволь наплескалась в ручье, смывая с себя усталость после дневных забот, и уселась возле костра, ярл, подумав, сказал:
— Ну, пожалуй, хватит. Основы ты усвоила, пора и за настоящую работу. Провернем одно дельце, потом… потом видно будет.
Присмиревшая и посерьезневшая леани помолчала и неожиданно для себя спросила:
— Опасное дельце-то? Расскажи поподробнее.
Ярл пару мигов раздумывал.
— Да не то чтоб очень опасное, но там подход особый нужен. Взять в одном месте вещицу и изничтожить ее со всем прилежанием.
— Делов-то! А в чем трудности?
Ярл вздохнул и уставился невидящим взглядом в огонь.
— Вещица та опасная, взять ее с трудом, но можно. То, что охрану проредить придется, — это мелочи. Дело в том, что вещь та — черная. Понимаешь, о чем я?
— Черная? В смысле — имеет отношение к черной магии? — Айне судорожно сглотнула вдруг пересохшим горлом. — А что за вещь?
— То ли магические свитки, то ли свернутые и готовые к употреблению заклинания. Точно сказать не могу — это все, что удалось выяснить с помощью Заклятия Поиска. Туда пробираемся тихо. Пока я буду заниматься той штуковиной, ты держишь на расстоянии стражу, обратно прорываемся с боем. Вот и весь план.
— А какая там стража? — Девушка вытащила из чехла Песню и погладила свое чудесное оружие в предвкушении настоящей схватки.
— Мелкая нечисть разных видов.
— И много?
— Много, — хмыкнул ярл. — Но ты справишься. Магией они слабовато владеют, так что Знаком Отрицания ты себя вполне защитишь. Все, утром выходим.
Айне уселась поудобнее и задумалась. Спать не хотелось совершенно — уж что-что, а принципы восстановления сил и поддержания ауры она усвоила основательно.
— Ну хорошо, тут все ясно. А зачем вообще надо ту вещь трогать? Я так поняла, долго она там лежала, пусть и дальше лежит, при такой-то страже.
— Не все так просто. Помнишь легенду о Яроморе?
— Ну.
— Мало кто обратил внимание, что долгое время он был обычным некромантом. Только после того, как побывал на Проклятых Островах, вошел он в силу свою. Думаю я, он раскопал там что-то такое, о чем на ночь глядя и говорить не стоит.
— Ага! То есть, если эти свитки попадут в плохие руки — быть беде?
— Именно. Потому и надо разнести там все вдребезги, но дело сделать.
Айне вновь задумалась, краем глаза следя за комаром, который вечерней порой привычно вылетел в поисках ужина и теперь медленно, зигзагами приближался к ней. Однако обнаружив, что пытался покуситься на дочь леани, в ужасе шарахнулся куда-то в почти сгустившуюся темноту. Усмехнувшись, Айне вновь любовно прикоснулась к своему луку, который раз удивляясь искусству древних мастеров.
— Вообще-то я предпочитаю по-тихому, но если надо вдребезги и на куски — тоже звучит неплохо. — Девушка вдруг еле заметно заволновалась. — Можно спросить, мой ярл?
— Что это ты вдруг такая уважительная стала? — с деланой подозрительностью нахмурился тот. — То никакого почтения к старшим и к титулам да язычок как шильце, то вдруг образчик вежливости?
— Сам виноват. С самого начала обращаешься ко мне хоть и покровительственно, но как с равной. Уж это я чувствую. Так можно спросить?
— Кажется мне, что вопросы у тебя не простые. Ну да ладно, раз уж у нас ночь перед боем — дозволяю. Спрашивай, вассал мой.
Айне не поддалась на подначку и, тщательно подбирая слова, задала вопрос, сама удивляясь своей смелости: