Утром мальчишки, как всегда, встретились на Змеином утёсе. Лесь переоделся, спрятал под камнем курточку и штаны из блестящей зелёной кожи, но даже в простых холщовых штанах и рубахе из небелёного полотна не перестал напоминать юркую змейку. Он крутанулся на одной ноге и рассмеялся, осматривая себя.
- Кто последний – тот сонная медуза! – выкрикнул он и помчался вниз по тропинке.
Марк захохотал и пустился следом. Догнать стремительную «змейку» он сумел только внизу. Схватил за рубаху, и они оба повалились в высокую траву.
- Ну, кто теперь медуза? – Марк оседлал приятеля, прижал к земле.
- Я, я – медуза! А ты – глупый краб! – Лесь сбросил герцогского сына и кинулся в лес.
Марк швырнул ему вслед шишку, но не попал. Зато белка, сидящая на дереве, за которым спрятался Лесь, уронила свою шишку прямо ему на голову. Лесь ойкнул, а Марк опять разразился смехом.
Пока друзья добрались до дороги, они своими воплями распугали всю местную живность, не только белок. Народа на дороге было много, и мальчишкам пришлось присмиреть. Солнце уже поднялось высоко, припекало. Захотелось пить. Какой-то крестьянин пожалел детей, предложил подвезти на телеге и напоил молоком. Марк полностью вжился в роль простолюдина, непринуждённо болтал с ним о погоде и ценах на зерно. Лесь больше молчал. Они простились с добрым стариком у северных городских ворот. Тому с его телегой пришлось стать в длинную очередь, а мальчишки свободно вошли в город.
Тейнар встретил их шумом, многолюдьем и запахом рыбы. Марк уже бывал здесь с отцом, но никогда не оказывался в толпе. Толпа накатила, скрыла и растворила в себе мальчишек. Со всех сторон раздавались выкрики торговцев, брань, смех, откуда-то звучала музыка. Лесь вовсю вертел головой. Сейчас он мало напоминал загадочную «змейку», скорее уж деревенского паренька, впервые оказавшегося в большом городе.
Держась за руки, чтоб не потеряться, мальчишки выбрались на центральную площадь. Там как раз шло цирковое представление. Клоуны, акробаты, дрессированные собаки и голуби, лошадь, умеющая считать – друзья веселились от души, грызли купленные Марком яблоки.
Чуть в стороне оказался зверинец. Друзья прошли вдоль длинного ряда клеток с хищниками, надолго задержались возле говорящего ворона и привязанного за лапу павлина.
Возле последней в ряду клетки собралась целая куча народа. Люди оживленно обсуждали что-то и смеялись. Протолкавшись сквозь толпу, мальчишки смогли, наконец, увидать обитателя клетки – странное, заросшее зеленовато-бурой шерстью существо, похожее одновременно на человечка, барсука и ожившую болотную кочку. Оно стояло на задних лапах, передними лапками-ручками держась за решётку. Зазывала у клетки громко объявлял, что это грозный болотный демон, самолично пойманный им с риском для жизни, а существо переминалось с ноги на ногу, вздыхало и щерило маленькие острые зубки, когда кто-нибудь тянул к нему руки.
Кто-то из толпы кинул в него яблоком. Лесовичок ловко увернулся, зашипел, словно ругаясь, и погрозил обидчику кулачком.
Зевакам это понравилось. Местные пацаны тут же устроили соревнование в меткости, кидаясь в лесного чудика комками засохшей грязи. Попасть в вертлявое созданье не удавалось никому. Марк, поддавшись всеобщему азарту, взвесил на ладони огрызок яблока. Так хотелось показать, на что он способен. Коротко замахнувшись, он бросил огрызок. И попал! Прямо в лоб! Лесовичок обиженно вскрикнул. Толпа зааплодировала.
Марк, сияя, обернулся к Лесю. И улыбка медленно потухла при виде лица друга – бледного, застывшего, словно неживого.
- Лесь, ты чего? Это же не человек.
- Я тоже! – яростно выдохнули белые губы.
Лесь резко развернулся и исчез в толпе.
Еще не стихли аплодисменты меткому броску, но Марк не слышал их. Понимание накрыло его тяжёлой холодной волной, вдруг стало тяжело дышать. Лесовик, не мигая, смотрел на него огромными карими глазами. Он тоже всё понимал.
Марк развернулся и бросился бежать.
«Я тоже!» - яростный возглас бился в висках.
«Лесь, прости меня. Я идиот. Я ведь догадывался. Давно. С самого начала. Лесь, мне всё равно, кто ты. Эльф. Леший. Да хоть пещерный тролль! Только не бросай меня!»