Вздрогнула.
Одно из самых странных существ стояло на коленях около распростертого на мокром песке тела. Девушка увидела ярко-красные волосы, полу-распущенные, уложенные в многочисленные косы, они доставали владельцу до лопаток. Очень смуглый, кожа ржаво-медного оттенка. На его обнаженной спине бугрились мышцы, заходящее солнце играло бликами на темно-красной чешуе, частично покрывающей спину, там, где у людей были позвонки, у мужчины топорщился ряд небольших наростов-шипов.
Даже в такой склоненной позе он был поистине гигантом. Лиса, с отвалившейся челюстью, не отрываясь, смотрела на аловолосое существо.
Лисана знала всего один народ имевший шипы и... крылья.
Дракон!
- Драконы — плохие твари, — вспомнила Лиса рассказ старого Хала, — они не похожи на обычных зверей и людей, вы же знаете. Их невозможно приручить и выдрессировать…
- Но почему император ничего не предпринимает? — спросил Сэм, друг Лисы по играм и шалостям. — Надо просто взять и всех их сжечь.
Хал мрачно улыбнулся.
- Каждый мечтает завладеть драконом, чтобы он принадлежал и подчинялся ему. К тому же, у нашего императора хватает других забот. Ты же знаешь, война на западе идет не слишком успешно. Каждое лето враг наступает, у них в два раза больше боевых колесниц, чем у нас. Вот что я тебе скажу, Сэм, одноногий Джон, в прошлом месяце вернувшийся с войны рассказывал, там — настоящий ад. Поэтому Черный Орел не может выделить людей, которые уничтожили бы дракона за драконом, в непроходимых горах между прочим. — старик рассмеялся, демонстрируя редкие пеньки гнилых зубов. — К тому же, я никогда не слышал, чтобы в тех горах мог жить человек. Поэтому император решил, следует уступить врагу эту никому не нужную территорию империи, тем более они живут там больше пяти тысяч лет. Тогда драконы будут принадлежать ему. Но он строго-настрого запретил драконам покидать их горы, а людям ходить туда...
Перед Лисой был настоящий дикий дракон! Без сдерживающего оборот ошейника. Ужас какой! Да даже один-единственный взбесившийся дракон может уничтожить пол-столицы. Что же делать? Он сейчас ее заметит и сожрет! Вон, уже ест кого-то! Бежать с криками: «спасайтесь, дракон!»
Но вот красноволосый мужчина привстал, легко подхватил лежащее тело за подмышки, легко приподнял, подтянул, бережно посадил, облокотив спиной к валуну. Лиса присмотрелась, ахнула – это был Ким! Но как? Почему дракон убил его? Потому что он мутант? Лисе казалось, что ее сердце превратилось в огромный воздушный шар — сейчас он лопнет и разнесет ее грудную клетку. Девушка огляделась, нет, вниз по утесу ей не спуститься, придется бежать в обход. Что же делать?
Продолжение
Тем временем монстр оторвал большой кусок материи от плаща Кима, промелькнуло озабоченное лицо - побежал к морю, намочил тряпку, грохнулся на колени, принялся прикладывать ко лбу бессознательного мужчины. Лиса застыла, - Ким зашевелился – не убит. Девушка порывисто переменила положение тела, чувствуя, что острый камень, на который она слишком сильно облокотилась, разрывает кожу и сцепила беспокойные пальцы. Алый не выглядел агрессивным, скорее очень встревоженным.
Разговаривают. Точнее, усмехнулась Лиса, Ким очень строго что-то выговаривает поникшему дракону. Бедный, бедный Алый! Синеволосый определенно был в ярости, впрочем, как всегда. Даже с такого расстояния было видно, что его глаза покраснели и зло пылают. Лиса поежилась, она прекрасно понимала вытянувшееся лицо дракона, обессиленный, бледный, Илаким Акива был тем не менее ужасен в гневе.
Алый что-то жалобно ответил. Еще один строгий выговор. Даже если бы Лиса понимала драконий язык, отсюда они ничего не услышала бы. Рев ветра и волн, разбивавшихся об отвесные стены утеса, был так силен, что надо было кричать на ухо друг другу, чтобы что-нибудь услышать. По темнеющему небу неслись тучи цвета расплавленного свинца; пролетая мимо то и дело выглядывающего темно-оранжевого солнца, они принимали разные оттенки, то походили на сгустки дыма, то на взмахи шарфа, яркого как кровь.
Ким сидит, бессильно свесив голову между ног, Алый вскочил, волнуется, размахивает руками, выражение лица – что-то неподдельно искреннее и неистовое, то и дело подскакивает к синеволосому мужчине. Теперь Лиса понимала, что Алый был очень молодым. Его движения были более порывистыми, не такими змеино-плавными и грациозными, как и у Кима.