«Всё в руках человека, - подумала девушка, - и успех трусливые людишки мимо носов своих проносят, и все из-за их трусости и бараньей покорности ... это уж правило такое... Жалкие неудачники боятся всего, даже собственной тени. Боятся нового шага, нового собственного слова... А я нет. Я уже взрослая... - У Лисы в душе накопилось злобное презрение. – Осторожность — это путь к посредственности. А я пойду в город и докажу всем, чего я стою!»
Лиса как ошпаренная выскочила из комнаты отца. Выйдя на улицу, она остановилась, пытаясь успокоиться. В воздухе пахло отливом, из кухни, что была неподалеку, доносился аромат печеного хлеба.
- Лиса, - от стены отделилась темная тень и поплыла ей наперерез, - ну что, ты справилась? Он разрешил?
Клодия, ее лучшая подруга, с надеждой посмотрела на девушку и разочарованно вздохнула, увидев, что Лиса отрицательно покачала головой. Клодия, высокая и узколицая, растроенно посмотрела на подругу:
- Он боится призрачной угрозы богини любви. Его воображение развито чересчур сильно.
Клодия скептически хмыкнула.
- То есть безнадежно? Жаль.
Лиса не ответила ни слова, упрямо смотря в какую-то точку на каменной стене. От подруги не ускользнула едва заметная недобрая ухмылка на ее лице. Лиса как кошка передернулась, фыркнула, затем поджала губы.
- Мы все равно пойдем! – девушка подмигнула подруге. - Тайно. Отец стар и труслив. Завтра в Соленте будет множество идиотов-лохов эйлов и их полных кошельков, – мечтательно сказала она, шельмовски улыбнулась. – И в них будет звенеть серебро и золото, которое может взять тот, кому они необходимы… – Голос ее затих, и она глубоко задумалась. – И я не боюсь никаких Богов! – Девушка посмотрела в затухающее вечернее небо с остывающим темно-оранжевым диском солнца. Ее окутывало дыхание воровства и успеха. – Слышишь, Мира, - зло закричала Лиса, - старая богиня никому не нужной любви, ложная богиня мертвого народа! Я тебя тоже не боюсь! Любовь пустая выдумка, надежда для слабоумных! Я поклоняюсь сильным богам! Богу войны Ардину которому нравится храбрость и способность рисковать, и он ненавидит трусость и нерешительность.
Небо, как всегда, промолчало. Боги ведь всегда молчат, как бы громно мы ни кричали...
***
Анахит проводится в первый день первого месяца лета каждые три года. Это уникальное время, когда эйлинская часть Соленте открыта всем желающим. Знатные семейства империи имеют право прислать одного представителя для прохождения церемонии, элиссара, если тот мог заплатить огромную, неподъемную мыту за участие. Говорят, раньше, сотни лет назад, в храм мог зайти любой человек – простолюдин или знатный и попытать свое счастье получить благословение богини Миры, но со временем это стало церемонией для избранных среди избранных. Списки счастливчиков посылались заранее, в течение двух лет разбирались и одобрялись многочисленной комиссией. Избранные эллисары приезжали в столицу заранее, сопровождаемые всем кланом, чтобы показать себя, доставить полагающуюся долю налогов, узнать, сколько людей, лошадей и провианта необходимо приготовить к очередной весенней военной кампании, разобрать тяжбы с другими семействами, заключить новые союзы, рассказать, какое именно дело нуждается во внимании императора, узнать все сплетни и побывать при дворе. Это было время аудиенций, доносов и заговоров.
Во время Анахита улицы Соленте запружены знатными воинами, дамами и их многочисленной свитой, солдатами с мрачными лицами, сопровождающими обозы с деньгами и драгоценностями. Уличные торговцы, лавочники и владельцы постоялых дворов пытаются извлечь максимальную выгоду из приезжих. Это было время заключения браков, объявления о помолвках, составления контрактов, оформления торговых и юридических сделок всех видов. Анахит - особенный день - все надеялись услышать тайный зов, и получить дар богини Миры – признание потомка Чистой крови и пробуждения магического дара.
Медленно разгорался свет туманной зари. День обещал быть жарким. Столица наполнялась празднично одетым людом. Перед огромными Западными воротами в эйлинскую часть Соленте стояла длинная колонна наездников и телег, здесь толпились пешие и конные – люди всех рас и национальностей, ожидающие своей очереди на досмотр.