- Какое убийство? Какое расследование? – вскричал Ари. – О чем ты лепечешь? Почему ты? Что за ерундой ты то там занимаешься?
- Ищу, — ответил Ким. — Держу свой фонарь высоко и всматриваюсь в слепящую тьму в поисках еще большей тьмы.
- Ну-ну. Видел я, как вы там работаете. Слушай, как ты это терпишь? Они такие вонючие! Маленький Жан чуть в обморок не упал, когда я его заставил войти туда. А что там в бокалах у тех тупых верхитаев было? Алкоголь? Во время службы? Надо кой-кому сообщить о злостном нарушении. Шемсу-Гору например. Пусть разберется со своими подчиненными со всей строгостью.
- Только попробуй, - стремительное, как бросок змеи, шипение в ответ, - все под мою ответственность. Это мои люди!
- Ой, больно надо! – Ариман откинулся на мягкую подушку. – Нашел из-за чего заводиться. Из-за каких-то тупых, грязных верхитаев. Что там у вас за убийство?
- Ай, ерунда, - отмахнулся Ким. – Один псих-импотент балуется. Ничтожество. Ты лучше про себя расскажи. Как ты теперь? Я слышал, черная молния, а! Ты однако велик, Ари-незабудка, - мужчина припомнил детское прозвище принца, которое он ему дал из-за небесно-голубых глаз, - даже в пророчествах о тебе говорят.
Ким сделал вид, что собирается покровительственно похлопать принца по щеке, тот начал шутливо отбиваться.
- Дурак ты, Кими, дурак чешуйчатый, - задыхаясь от смеха, прохрипел наконец этелинг, - ну чего не пришел-то? Отец так счастлив, носится по дворцу, как угорелый, не знает куда деваться от счастья. Он о тебе спрашивал. Не забывай, засранец, ты любимец императора...
Ну да, - тоскливо подумал про себя Ким, император спрашивал о нем, и он теперь сломя голову несется во дворец, бросив все, что ему дорого. Он не имеет права иметь свое мнение. «Обещаю, — сказал самому себе, — клянусь, что я скоро отправлюсь домой».
Боги конечно засмеялись, хлопая себя по бокам...
- Как огонь? Появляется? – поспешил Ким перевести тему, чувствуя, что не сможет сдержать ярость и нагрубит другу.
- Ой, отстань хоть ты! – махнул Ари рукой, унизанной перстнями, - отец уже достал меня, книгами завалил, готов начать учить. Каждую минуту пристает – скажи заклинание, щелкни пальцами, вызови искру, представь огонь... бла, бла бла...
- Ну-у-у, его понять можно. Он так мечтал об этом. Он болен, ему надо поскорее передать знания, научить тебя всему. Одного дара же недостаточно. Надо уметь его контролировать, а то сгоришь в своем же огне... – выставив палец вверх, повторил Ким то, что император твердил Ариману сотни раз.
- А-ля-ля. Ля-ля. А-ля-ля... - Ари закрыл уши ладонями и, сильно зажмурившись и мотая головой из стороны в сторону, громко запел, заглушая слова Кима. Мужчина покачал головой, он уже не мог сдерживать улыбку. Невозможно было испытывать к Ариману иные чувства, кроме симпатии, такой уж принц, он всегда был таким – веселым, легкомыслимым. Щёлкнул по носу кривляющегося молодого мужчину. В ответ возмущенный крик, началась новая борьба...
Продолжение
Наконец кортеж богато-украшенных карет остановился перед огромным императорским дворцом. Стоял теплый летний вечер, ясный и спокойный, и солнце словно медлило, похожее на гигантский красный шар, подвешенный за вуалью дымки, затянувшей небо над недалеким морем.
Они вошли внутрь.
Ким шел по знакомым коридорам с прекрасными мраморными полами, его не надо было направлять, он прекрасно ориентировался - здесь он провел детство. Стены покрывали великолепные панели из розового дерева, он шел мимо прекрасных залов с мраморными колоннами, мимо высоких зеркал в золотых рамах. Здесь стояли столики из редчайшего красного дерева, привезенного с далеких Юсофских островов, обитые шелковой тканью стулья и фарфоровые часы. На стенах висели яркие пейзажи. В шкафах со стеклянными дверцами он видел многочисленные книги.
Роскошь, блеск, золото.
Ким ненавидел это место.
Мужчины вошли в ожидательную, здесь уже собралась толпа богато одетых эйлов, все ждали приглашения в большую залу для начала пира – по всему периметру большой роскошной комнаты были уютно расставлены мягкие диваны, на маленьких столиках возле парчовых кресел с широкими подлокотниками лежали свежие газеты, ящики с ароматными сигарами. Прислуга разносила закуски, предлагала аперитив. Мужчины с пузатыми бокалами в руках степенно ходили от группы к группе, в комнате висел однотонный спокойный говор, время от времени раздавался сочный смех. Женщин здесь не было, они готовились к пиру в отдельных комнатах с огромными зеркалами. Там они могли воспользоваться услугами парикмахеров, визажистов, привести себя в порядок после дороги в тряской карете.