Я хожу по прекрасному городу, мечтаю, ищу подходящий постоялый двор. Ни в коем случае не в портовом районе. Там полно бандюг и подонков — и местных, и пришлых. Этим шустрым тварям ничего не стоит пырнуть ножом любого за медяк, и охнуть не успеешь (и чем только занимается Шемсу Гор?) Нет, дорогая моя, это будет приличное заведение. Тщательно выбираю комнату, я хочу, чтобы там было светло и чисто. Чтобы тебе понравилось. Я заранее убеждаюсь, что по вечерам там людно и меня не запомнят, и не нарушат нашу игру до того, как я закончу.
Договариваясь о горячей ванной, выбираю цветы, которые украсят нашу любовь, я представляю себе твой тихий стон, когда ты почувствуешь лезвие внутри себя, мягкий звук, похожий на довольное чмоканье ребенка, присасывающегося к материнской груди: это я вхожу в тебя и выхожу, весь скользкий от твоей теплой крови...
Убийство как таковое – просто неизбежный результат игры, не цель. Хотя я буду смотреть в твои глаза – наблюдать за точным моментом, когда Смерть придет за своей добычей. Буду ждать мгновения, когда твоя душа готова расстаться с телом и тогда я достигну пика наслаждения...
Импотент!? ..
Неудачник!?..
Несдержанное семяизвержение!?..
Все газеты трубят про меня.
Мясник?
Они изуродовали мое прекрасное имя!
Я раздражен. Я зол. Я в бешенстве!
Я стою, наслаждаясь своей меланхолией и печалью. Хорошо смотреть на разметавшуюся у крутого берега, бешено клокочущую речку, несущие свои воды в океан, слушать разноголосый шум воды и ни о чем не думать, стараться не думать ни о чем, что причиняет такие страшные страдания.
Я задумчиво наблюдаю за мутантом, вылезающем из реки. Вот он трясет своими синими, почти черными волосами, фыркает. Даже отсюда я вижу, что с руки у него забавно капает кровь. Боль, которую выражают его глаза, сводит меня с ума. Я вдруг понимаю, что боль сильного существа дает мне даже большее наслаждение. Он не знает, что прямо сейчас может умереть…
Идет в свой жалкий домик.
Только один удачный выстрел из арбалета. Но это слишком быстрая смерть для него.
Убиваю время... Убиваю...
Огромный он, поджарый, худой с виду, но здоровый на силу, воин. К такому так просто не подойдешь, поленом по голове не ударишь, он опасный, а ежели не оглушу сразу...
Я слежу за тобой, слежу, Илаким Акива, слежу... Главное, найти твою слабость.
Мы еще поиграем...
Преступники в наше время по большей части вполне предсказуемы и скучны, да и убийства в основном некрасивы и так банальны. А это уже само по себе почти преступление — вам не кажется? — когда такой восхитительный акт, как лишение жизни, превращается в нечто обыденное и напрочь лишенное артистизма.
Некоторое время назад я нашел интересным наблюдать, как они изучают мое творчество. Они мои верные зрители. Мои поклонники. А как же приятно иметь постоянную аудиторию. Вас! С вами я перестал быть одиноким.
Я всегда любил заслуженную похвалу, всегда любил быть в центре внимания, и я чувствую потребность в ваших голосах, в вашей любви. Вы ощущаете в своих сердцах колдовскую притягательность. От вас пахнет экстазом, страхом, трепетом и отчаянием. Разве могу я справиться с этим поистине диким ликованием моих зрителей, от которого дрожь пробегает по моему телу? Не знаю, смогу ли я испытать когда-нибудь столь близкое к эйфории состояние. Какая прекрасная толпа собирается, все чувствуют волнение, страсть, с восторгом обсуждают мое творение, жаждут узнать как можно больше подробных деталей. Я тоже там. Рядом. С вами. Очень близко. Меня это возбуждает. Я с трудом сдерживаю себя, чтобы не начать раскланиваться.
Мутант начал раздражать меня – он теперь играет не по правилам, он врет. Он обманул вас, моих прекрасных поклонников. От его грязных слов пахнет гнилью и зловонием. Пахнет кровью. Кровью урода. Неразумно идти против меня. Я теперь внимательно присматриваюсь к нему. Несчастные случаи так легко происходят в наше сложное время. Хотя нет, с Илакимом будет показательная казнь.
Я предан.
Прошлая моя любовь обманула меня. Она не принесла мне долгожданного успокоения, которое я заслужил. Мне снова больно - больно от обжигающего чувства отсутствия удовлетворения.