КиШ}
Кабинет начальника расследовательного отдела Сита Сандина с потертым паркетом, обветшалой мебелью и линялыми шторами обладал величавым статусом культового места, старинного и церемонного.
Уставшие верхитаи расположились вокруг обшарпанного, покрытого кругами от кофейных чашек огромного дубового стола для заседаний в центре комнаты. Во главе восседал Сит. Он выглядел внушительно: яркий свет лился со стороны большого окна, и глаза доблестного верхитая были погружены в глубокую тень, а желваки играли прямо-таки устрашающе. Огромный мужчина мрачно слушал своих подчиненных.
- Все случилось не так, как планировал Мясник. – Кэт размышлял вслух. – Он опростоволосился в собственных глазах – и теперь может стать еще свирепее.
- И это просто отлично. – добавил Давид. – Он теперь наделает ошибок и попадется в наши сети.
Ким, только недавно вернувшийся с доклада из дворца, сидел на широком подоконнике, поморщился, услышав слова Давида. Ошибки преступника дорого стоят. «Наделает ошибок» в данной ситуации означало – наубивает множество людей без предыдущей осторожности.
В эту ночь он так и не смог заснуть. Мозг отказывался отдыхать, и сознание, как птица, пойманная в ловушку, металось между картинами реальности и бредом. Мужчина мучился болью в руке - она стала другой: это уже была не острая, резкая боль, а нудная, непрерывно ноющая боль, сидевшая расплывшимся синяком в мозгу. Сегодня хотя бы кровь перестала идти из аккуратной на вид раны.
За окном шурша скользил ветер. Мужчина положил пылающий лоб на слегка дребезжащее стекло. Внезапно вдалеке, со стороны недалекого моря прогрохотал гром. Весь день на небе собирались тяжелые свинцовые тучи, предвещавшие грозу. Жара и духота сменились резкими порывами ветра. Слышно было, как о стену стучал деревянный ставень.
Часы, дни смутной чередой куда-то тяжело падали, оставляя запах сожженной бумаги. Ему осталось только четыре дня из отпущенного ему Галаереном срока на размышление. А потом...
Он прекрасно понимал, что простая смерть — не для него.
Ким вспоминал:
В императорской спальне затхло пахло болезнью. Галаерен, неистовый Черный Орел, - могущественный маг, человек дикого темперамента, красавец, игрок, завоеватель, расчетливый безумец, опасный, величественный, гениальный и хитрый полулежал на широкой, заваленной подушками и одеялами кровати, слушая доклад Илакима о маньяке-убийце. Император выглядел так, будто уже умер несколько дней назад. И в самом деле можно было бы решить, что перед Кимом лежал труп, если он бы не мигал время от времени. Рядом с кроватью сидел на редкость мрачный и серьезный Ариман. Длинное лицо императора было белым как полотно, щеки ввалились, глаза запали, под ними пролегли глубокие тени.
Рука, лежавшая на одеяле, напоминала кости, обтянутые кожей, и магический перстень роэнлинов – символ императорской власти, казался теперь слишком крупным для тонких пальцев. Хотя дыхание императора было поверхностным, голос оказался на удивление сильным.
- Ты уверен, что это эйл?
- Не знаю, - ответил Ким, рукавом вытерев испарину на лбу, - но он богат. Он может позволить себе оставлять на месте преступления дорогие шелковые платки и экзотические цветы. Свидетельницы видели, что у него маска, усыпанная драгоценными камнями.
- Маска как таковая ничего не значит.
Да, правильно. Большинство эйлов имели и носили маски. Ким вспомнил объяснение старого, беззубого конюха Эделя, когда он, еще тощий мальчишка, спросил старика почему эйлы носят маски.
- Когда боги хотели спуститься в мир людей, - прошепелявил Эдель, - они надевали маски и брали новые имена. Так делали Андин и Мира.
- Носили маски?
- Жили среди людей. Боги могут делать всё, что пожелают, — заявил конюх, задумчиво причмокивая губами, — но с этого момента мы, люди, тоже носим маски и надеваем разные личины, если масок нет. Как Боги.
- Они видели его лицо? – спросил Галаерен. Его запавшие глаза неестественно блестели, когда он смотрел на Илакима.
- Только мельком. Но они заметили, что он светловолосый.
Ариман фыркнул.
- Как и большинство в Эйлании. Это мало поможет.
- У него короткие волосы.
Галаерен задумчиво кивнул. Признаком благородства в Эйланской империи для мужчин было быть чисто выбритым и обрезать волосы, не отращивая их длиннее плеч.
- Он сумасшедший?
Ким пожал плечами.
- Скорее всего, в повседневной жизни он выглядит как нормальный человек и по его поведению вы не догадаетесь, что он маньяк, насилующий и убивающий женщин для удовольствия.
Ким заметил капельки пота, выступившие на лбу императора, и побелевшие костяшки пальцев, впившихся в ладонь – тот явно устал и мучился болями.