И все-таки, вопрос остался не отвеченным, а значит, продолжал болтаться в голове.
Бриджет объявилась через пару дней – как раз к моменту, когда Регина начала ясно понимать: происходящее медленно, но верно сводило ее с ума. И не только ее – Рудольф был слишком уж бодр и весел, и причины этого состояния продолжали следовать за ним по особняку в попытке наверстать упущенное.
Несмотря на разговоры, Рудольф по-прежнему не обращал никакого внимания на меры предосторожности – делился собой так щедро, будто шампанское по бокалам разливал. Вот только эти бокалы были бездонные, а Рудольф никак этого не понимал и стремительно шел по пути Вероники. И каждый раз одергивая его, Регина чувствовала себя так, будто забирала у него последнюю радость в жизни.
– Я боялась, что ты не позвонишь, – призналась Регина, когда им принесли меню и оставили наедине.
Бриджит посмотрела на нее поверх папки.
– Сказать по правде, у меня были мысли отказаться. Но я все-таки решила помочь – из уважения к твоей матери. Она всегда мне помогала, и на работе, и после смерти Томаса. Было бы неправильно поступить с тобой иначе. Даже если ты этого заслуживаешь.
Регина не нашла достойного ответа – в конце концов, Бриджит была права – она поступила не лучшим образом, когда уехала и пропала.
– Я знаю, этого недостаточно, но позволь мне заплатить за ужин, – наконец попросила она, глядя сквозь строки меню.
– Идет, – согласилась Бриджет. – Но я закажу дорогое вино.
– Ну разумеется.
Регина оглянулась по сторонам. Раньше в этом ресторане отмечались все значимые праздники – свадьба Бриджет и ее мужа, успешно сданные экзамены Регины, юбилей Джоанны и еще множество, множество событий их, в общем-то тихой жизни.
Теперь здесь все было по-другому: новый ремонт и мебель, совершенно другое меню и атмосфера. За столько лет от того ресторанчика, который Регина помнила, ничего не осталось.
Когда Бриджет сказала, что хочет встретиться здесь, Регина не стала возражать, но теперь разочарование постепенно приобретало все более четкие контуры.
– Так что ты узнала? – поинтересовалась она нетерпеливо, едва они сделали заказ.
Бриджет хмыкнула.
– Ты хочешь вытрясти из меня всю информацию даже раньше, чем принесут напитки? К чему такая спешка?
Регина могла подождать – времени было достаточно – но любопытство чесалось все сильнее. И судя по виду Бриджет, ей явно было, что рассказать.
– Ты права, – все же произнесла она примирительно. – Давай сначала поедим и выпьем.
Они чокнулись бокалами и пригубили вино, оказавшееся действительно хорошим – Бриджит разбиралась в таких вещах.
– Ну так что, – начала она, не скрывая интереса. – Как вы познакомились?
Чтобы что-то получить, нужно было что-то отдать взамен – тетя действительно намеревалась провести допрос.
– Я приехала сюда на день рождения мамы, – Регина смирилась с судьбой. – А он хоронил Веронику. Ему стало плохо, и я помогла добраться до машины. Спустя пару дней знакомства он пригласил меня в особняк и предложил остаться там на некоторое время – я пишу исследовательскую работу по старым домам, и мне нужна информация. Потом я вернулась домой.
– Но почему ты снова оказалась здесь? – салат принесли, но тетя так и не взяла вилку в руки, увлеченная. – Это любовь?
– Ты читаешь много романов, да? – хихикнула Регина. – Я не уверена. Пока мы просто присматриваемся. Он через многое прошел, ему тяжело. Я уволилась с работы и приехала обратно. И решила расширить тему исследования, посвятить ее семье. Потому мне и нужны причины их гибели – расспрашивать все подробности у Рудольфа не лучшая идея.
Она наконец закончила и принялась за свой извечный «Цезарь».
– Так ты в самом деле хочешь написать о Блэквудах? – уточнила тетя Бриджет. – Потому что, если да, то у тебя может выйти огромный роман! Старейшая фамилия, уходящая корнями очень, очень далеко назад. А еще у них было прозвище – хилое семейство.
– С чем это связано?
– С тем, что они постоянно находились на грани исчезновения, по-другому это не назвать. Почитай их историю, наверняка она есть в местной библиотеке.