Тихий шепот студентов с последних рядом все еще гулял по голове. Регина помассировала мокрыми пальцами виски, потом лицо, спустилась к животу и паху, и коснулась своего естества – пусто.
Мухи продолжали гудеть, заполняя собой всю ванную комнату.
Она задвигала пальцами, выискивая хоть какие-то приятные ассоциации – на ум пришел знакомый первокурсник, и она с ужасом отбросила эту мысль. Заерзала, добавила душ – слабая тень возбуждения скользнула по ее телу, чтобы убежать в неплотно заткнутый слив.
Спустя вечность и несколько нецензурных слов она все-таки добилась, чего хотела, но оргазм был сухой, невыразительный и принес с собой лишь разочарование и досаду. Дрожа от негодования, Регина смыла с себя пену, выбралась из ванны и укуталась в полотенце.
В гостиной лежали учебники и мерцал пока еще не ушедший в сон ноутбук, намекая о том, что неплохо было бы составить презентацию на новую тему. Она прошла мимо них, на ходу отпивая из бокала и вороша влажные волосы.
Пошло все к черту, она потратила достаточно времени, копаясь в книжках, изворачиваясь так сильно, что ее чертов позвоночник начинал скрипеть. Какой в этом смысл, если все, что она получает в ответ – отсутствие внимания к своему предмету со стороны студентов? Если им все равно на то, что преподается, то ей все равно на то, как сильно она готова к лекции.
В конце концов, у нее есть презентации, оставшиеся с прошлого года. Никто не умрет, если она запустит их снова.
Успокоив себя такими рассуждениями, Регина с чистой совестью рухнула на кровать, утопая в мягком запахе чистого постельного белья, и щелкнула пультом, включая телевизор – сегодня выходила новая серия, и она не собиралась пропускать ни минуты. Бокал постепенно опустел, но она была умной женщиной – открытая бутылка заблаговременно была оставлена на тумбочке, и тарелка с фруктами так и манила съесть пару кусочков.
Жизнь становилась чуть расслабленнее – за полтора часа тревога ни разу не постучалась ей в череп, и это определенно считалось успехом. Оказывается, забить на работу, плюс выпить половину бутылки вина иногда было очень даже полезно.
С утра в преподавательской было оживленно: мистер Смит, преисполненный гордости, примерял благодарственное письмо, прислоняя его к стене то тут, то там, приговаривая:
– Всегда приятно получить заслуженную награду!
Миссис Ридли вторила ему, покачиваясь в своем крутящемся кресле:
– Да, Кевин, в этом году вы блистали, и ваш студент тоже! Отличное выступление!
– Жалко, конечно, что один год пропущен, – он кивнул на развешенные в ряд рамки, – но что поделать? Нужно иногда давать молодежи побеждать.
– Всем доброе утро, – ледяным тоном отчеканила Регина и прошла к своему столу.
– Вы многое пропустили вчера, – оповестила ее миссис Ридли, доверительно наклоняясь. – Конференция вышла просто фантастическая! Все слушатели задавали столько вопросов! В прошлом году было не так активно!
– М-м-м, вот как, – отреагировала Регина, даже не стараясь звучать заинтересованно. – Поздравляю победителя.
Мистер Смит наконец определился с местом и повернулся к ней со снисходительной улыбкой из-под похожих на щетку усов.
– Не расстраивайтесь, милочка! В следующем году обязательно поучаствуйте тоже!
Она не ответила, только опустила сумку на пол у своего стула, выдвинула ящик стола и уставилась на одиноко лежащую награду победителя конференции за девятнадцатый год.
Тогда она ощущала себя так, будто выиграла миллион. Вчера ей было все равно и на участие, и на победу, но почему-то сегодня во рту поселился отчетливый привкус пепла.
Может быть, ей и стоило пересилить себя, добить работу и поиметь этого противного старикашку. К сожалению, уже было поздно – с хищным видом он стучал молотком по приставленному к стене гвоздю, а она никак не могла проглотить сухую горечь.
– Но почему же вы не участвовали? – не унималась миссис Ридли, теперь принявшись точить карандаши.
С каким бы удовольствием Регина воткнула бы один ей прямо в густо накрашенный глаз.
– Не успела подготовиться.