─ А я не люблю, когда обо мне говорят плохо, но с радостью сплю голой, чтобы любой недоброжелатель мог прийти ко мне ночью и поцеловать в голый зад. ─ не менее яростно прокричала я, хватая за руки обоих братьев. Затем криво ухмыльнулась слегка удивленному негодяю и напоследок добавила. ─ Скажи мне, Филипп, только правду. Тебе нравится постоянно получать оплеухи от девушек, которых ты недостоин?
И расхохоталась так, что даже скулы свело, он пытался схватить меня в прыжке за ногу, но я оказалась проворнее и с силой сжала глобус.
─ Попалась! ─ прошипел он, сжимая щиколотку да так сильно, что я вскрикнула от боли. Не понимаю, почему не получилось?! С ужасом взглянула на него и поняла, пощады не будет.
─ Прощай, ублюдок… ─ внезапно прохрипел Ким и сжал глобус, окропляя меня кровью. Мир подернулся дымкой, и мы втроем провалились в портал, оставив Филиппа с моим кедом и пустыми руками.
Так как мы стартовали не с окраины, то перемещались очень долго, я все это время сжимала ледяные ладони братьев и молилась Тьме за свое спасение, за них всех, чтобы они не пострадали в этой мясорубке. Голова кружилась и сильно, должно быть выброс дофамина подкосил ослабевшую меня, но сдаваться на милость Тьме не собиралась и стойко терпела слабость на ногах. Если мне не повезет, то еще понадобятся силы, чтобы найти кого-нибудь в доме и попросить помощи, рассказав все о вылазке. И тут надо было подумать что именно говорить. Мой личный счет с Филиппом еще не закрыт и мое сердце жаждало расправы, но втягивать кого-то из этих милейших людей и близко не собиралась.
Хотелось плакать и сильно, но еще ничего не окончилось и моим друзьям нужна была помощь. Я не умела лечить, не знала каким именно ядом их отравили и как буду оправдываться перед всеми, ведь я осталась невредима. Почему?! Ну почему я так часто влипаю в неприятности с такой завидной регулярностью?
Как только ноги коснулись пола, я рухнула на колени рядом с двумя неподвижными телами братьев и тихо позвала:
─ Мор, Война! У нас проблемы…
Собаки явились моментально и уставились в две пары светящихся глаз на меня. Я вытерла подкатившие слезы и наскоро пересказала ситуацию. Дом оживал на глазах. Первым спустился Максим, слегка растрепанный, с наспех перевязанным халатом и в пижаме с голыми ногами. Следом за ним начали подтягиваться и остальные. Они сразу же перенесли всех пострадавших на диваны в холле и Максим отвел в сторонку меня для объяснений. К тому времени немного успокоилась и ответила ровным голосом все тоже самое, что и хранителям. Единственное, о чем промолчала, что нападавших знала и скорее всего убила нескольких из них, перекрыв поток сил в аурах. Они просто задохнулись в своих же земных оболочках и лопнули. При вскрытии ничего кроме кровоизлияния в мозг врачи не увидят. Пусть решат, что это такое действие яда. В том, что Филипп выйдет «сухим» из воды, даже не сомневалась. Скользкая, мерзкая жаба! Понятия не имею, что он будет делать дальше, но уверена, что он начнет искать возможность попасть сюда в Грани, и я должна сработать на опережение, закрыть все возможные вероятности встречи. Но не сейчас, мои товарищи ─ вот, что важно.
Тем временем, пока я плавала в море своих собственных размышлений, Максим и все остальные колдовали над застывшими холодными изваяниями тел моих друзей. Собаки куда-то исчезли, девушки протирали лицо какой-то дрянью, и пахла она просто тошнотворно. Почему-то чувствовала, как время работает против нас и решилась на глупость, за которую придется заплатить, но это тогда меня мало волновало. Я вышла на улицу, вдохнула теплый, цветочный запах другого мира и тихонько позвала того единственного, кого знала.
─ Соломон.
Чертенок явился в ту же секунду, оглядел с ног до головы, едва расширив глазки, как только остановился на моем лице и тихо произнес:
─ Не надо. Обратной дороги не будет, ты понимаешь?
Я молча кивнула, соглашаясь. Контракты всегда были с подвохом, а составленный здесь контракт вряд ли будет честным.
─ Что тебе надо? ─ сухо спросил он, зная, что просить буду не для себя.
─ Я хочу, чтобы находящиеся в доме четверо мужчин, прибывших со мной из мира людей, стали здоровыми и смогли дальше жить без последствий вмешательства яда, который отравляет их тело с каждой минутой все больше.