Выбрать главу

— Ты куда? — Спросила его жена, выглядывая из кухни.

— К Сереге схожу, в шашки сыграем.

— К какому Сереге?! — Всплеснула руками супруга. — Ты на часы смотрел? Десятый час на дворе.

— Голову не морочь, — отмахнулся он, — детское время.

— Что ты какой-то сегодня, не собранный, — хмыкнул Серега, снимая разом с доски три шашки. — С женой поссорился, или на работе нелады?

— Да, как сказать, — отмахнулся майор. — Хлопоты бубновые.

— А, ну-ну, — покачал головой Серега, двигая вперед черную шашку. — Понятное дело — шпионы спать мешают.

— Ну, какого рожна ты еще достаешь! — возмутился майор.

— Да я что, — покачал головой друг детства, — я ж шучу. Ты ж знаешь, если у тебя какие проблемы, я ж всегда помочь готов. Хошь, прямо счас, вместе пойдем шпионов ловить?

— Да что ты все заладил — шпионов да шпионов? — Возмутился Курицын. — Здесь последнего шпиона до царя Панька поймали. — Он замолчал и задумчиво уставился на старого приятеля. — Слушай, это правда, что сын Кости Скобаря за твоей Ленкой ухаживал?

— Ну, ухаживал, — махнул рукой Серега. — Им тогда сколько, лет четырнадцать было. Так, дружили. Но не забывает, не забывает…

— Т-т-тоесть, н-не забывает? — Выдавливая из себя по букве, произнес контрразведчик.

— Что значит, “то есть”? — недоумевающе глядя на реакцию Курицына, переспросил Серега. — Сейчас, подожди, покажу.

Он встал и вышел в соседнюю комнату.

Те пару минут, которые Сергей отсутствовал, майору казалось, что он сидит на раскаленных углях. Он готов был просидеть и втрое больше, лишь бы дождаться ответа на свой вопрос. Но приятель не заставил себя долго ждать.

— На, вот, смотри, — он протянул контрразведчику кодаковскую фотографию, изображающую загорелого юношу на фоне приморской виллы.

— Это что же, Пашка Скобарь? — Чуть ли не прошептал майор.

— Точно! — радостно изрек Серега.

— От-т-куда?

— Через Москву с оказией переслал. — Сергей понизил голос до шепота. — Ленка, конспираторша, письмо и фотографию в дневнике спрятала. Но моя убирала, наткнулась.

— Слушай, там, часом, адреса нету?

— Не-а, обратного адреса не было, — покачал головой приятель. — А что?

— Что-что, — Курицын нервно поднялся, и начал ходить по комнате из угла в угол. — А то, что эту семейку все российское ФСБ днем с огнем разыскивает. Ты Ленке-то не говори, — понизил голос он. — Пашка, он пацан еще, вины на нем, наверное, нет.

— Неужто, дед?

— Он, — кивнул контрразведчик.

— Охренеть! — Выдохнул Серега. — И что ж теперь?

— Да, что теперь. Дружба дружбой, а служба службой. Давай сюда письмецо.

— Ленка расстроится, — печально вздохнул Серега.

— Да я что, не понимаю, — пожал плечами Курицын. — Давай так: ты мне его сейчас даешь, а я его пересниму и утром верну обратно. Ну что, по рукам?

— По рукам, — выдохнул Серега.

И в одежном шкафу соседской квартиры на погонах парадного мундира майора Курицына сами собой чуть подвинулись звездочки, радуясь скорому появлению соседок.

Глава 21

"Мерседес-250" с Алексеем Полковниковым за рулем неторопливо шел по Садовому Кольцу, не предпринимая ковбойских попыток обогнать всех и вся и за считанные минуты домчаться до конца жизни.

— Каковы наши планы? — Поинтересовался Войтовский у аналитика.

— Встречаемся с Гашевским по варианту "Универмаг".

— Понятно. Значит, сейчас будем соломку подкладывать, чтоб мягче падать было, — усмехнулся капитан.

— Именно, именно, — согласно наклонил голову Полковников.

Машина затормозила, не доезжая до светофора у перекрестка.

— Подожди меня, я быстро. — Алексей вышел из машины и захлопнул дверцу.

Не было его действительно недолго — минут десять, не больше. Войтовский, следивший все это время за изменениями окружающего пейзажа, отметил, как одно за другим зажглись четыре окна на втором этаже углового дома, напротив которого маячил светофор. "Не глупо придумано, — улыбнулся Михаил. — Можно, заметить условный знак на столбе, случайно пнуть ногой оставленную в условном месте скомканную банку из-под пива, но придраться к тому, что вечером в квартире загорается свет, нельзя никак. Ну, а то, что квартира конспиративная, и свет в ней зажигают не часто, этого уж никто не просчитает. Главное — маяк срабатывает".