— Мигель?! — возмущенно-обиженный вопль рядом с нами заставляет оторваться друг от друга. Только я делаю это поспешно и в некотором смущении, а он — даже вальяжно, будто ему не впервой быть застуканным в таком положении.
— Я думала ты… Я думала мы с тобой… — светловолосая девушка в легком светлом платье кривит губы и приживает руки к груди.
— Что мы с тобой, куколка? — лениво вздергивает бровь тот, кого назвали Мигель. Тот, который и меня назвал куколкой!
Кажется, он понимает, отчего у меня вырывается злой смешок, бросает мельком раздосадованный взгляд, но снова переводит его на хорошенькую девушку.
— Я думал мы с тобой прекрасно провели время, — он мягко улыбается и вдруг подходит к ней и берет за подбородок, — Не расстраивайся, куколка, тебе обязательно встретится настоящий парень, который тебя достоин…
Я закатываю глаза.
Она будет идиоткой, если не поймет, что это часто используемая заготовка.
И она не идиотка.
Отбрасывает его руку и презрительно кривит губы. Но уже в мою сторону.
— Поздравляю с очередной победой, Мигель. А ты, эроимка, оказалась быстрее всех — никто еще не сдавался за один день.
Я вздрагиваю и хочу ответить, но девица уже уходит. Под мягкий смех этого идиота.
— Тебе смешно? — шиплю. — Что я, из-за отсутствия у тебя мозгов и хоть каких-то манер, получила репутацию твоей подстилки?
— В этой Академии подобное звание носят с гордостью, — замечает он лениво и снова делает шаг ко мне.
На меня накатывает возмущение и обида, но тут же — неожиданное спокойствие. До меня, наконец, доходит, что он собой представляет и каким образом действует. Я теперь понимаю с чего ко мне такое внимание — он просто хочет очередной победы. Я для него — своеобразный вызов, и плевать ему на то, что это может обернуться для меня неприятностями.
Что ж, в моей жизни были и не такие сложности и вызовы.
С легкостью уворачиваюсь от его попытки притянуть меня снова, а потом смотрю насмешливо:
— Возможно в твоем королевстве давно уже редкие сокровища не ценятся так высоко, как придорожные камни. Но поверь, в Эроиме мы все еще выбираем лучшее… Тебе же до этого звания идти и идти, если не раскрошишься по дороге. А теперь прочь — не хочется, чтобы подданный королевства Эроим в первый же день получил повреждения своего смазливого личика.
Я спокойно огибаю его и ухожу. А то, что он задумчиво смотрит мне вслед… что ж, я же не могу выколоть ему глаза прямо в Академии?
Не хочется стать причиной войны.
Глава 6
Мигель
Моя жизнь последние несколько лет навевала зевоту даже у меня самого.
Одни и те же лица во дворце. Одни и те же разговоры. Подобострастие в глазах со стороны парней и обожание — у девиц самого разного происхождения.
Многие удивлялись, зачем мне, обладателю огромного состояния и безграничных возможностей, с таким рвением относиться к учебе, вместо того чтобы проводить время в свое удовольствие. Они не понимали главного — единственным удовольствием для меня остались друзья.
Магия.
И — в гораздо меньшей степени — горячее податливое тело подо мной по ночам.
Иначе — скука. То, что могло уничтожить вернее тварей Завесы.
Хотя, как показали последние обороты, шанс потерять самое важное, что у тебя еще осталось, бодрит не меньше. Не могу вспомнить, как вдруг осознал, что моя пятерка стала моей семьей, а Даниель до Вальдерей, с которым мы пару раз были на грани войны — да что там на грани, избили как-то друг друга знатно — моим братом. А Эва — фактически сестрой. Но потерять их я себе не мог позволить…
Усмехнулся, стараясь не погрязнуть в неуместно жалости к себе и уставился в темные окна экипажа, что вез меня в Академию после выходного. Я все еще не был уверен, что правильно поступил, когда отказался от борьбы за Эву-Каталину да Феррейра-Ильяву. Иногда думал — потрать я чуть больше усилий, то рядом с нашей блондиночкой, которая пережила столько сложностей, был бы именно я, а не Вальдерей. А потом смотрел на этих двоих, сплетенных воедино даже тогда, когда они не находились рядом, и понимал — вряд ли. Так со мной бы не было.
Они делили одну Грань на двоих, а я… просто подходил ей. И хотел. Но сейчас об этом не думал — даже в моем представлении желать невесту друга было полной завесой.
— Что ты собираешься делать после Академии? — осторожно спросил меня отец сегодня за поздним обедом, на который я, скрепя сердце, согласился приехать.