Поток воды оказался близким к ледяному. Тело тут же сковало судорогой, хвост свело, плавники заныли от боли. Но нужно было продолжать движение, потому что иначе русалочке в любом случае грозила верная смерть. Так что она из последних сил плыла вперёд, отчаянно стиснув зубы и сжав кулаки. Она должна была справиться.
Наконец ужасы полипового леса остались позади, как и он сам. Всё закончилось так внезапно, что русалочка даже сразу это поняла. Просто мгновение назад она ещё продиралась сквозь заросли, а потом вдруг уже очутилась на поляне, напоминавшей проплешину в чьих-то густых темных волосах.
После мрачных полипов поляна выглядела светлым пятном из-за покрывавшего её грязно-желтого песка. На его фоне дом ведьмы, построенный из человеческих костей, казался необычайно, ослепительно-белым. Сама хозяйка удобно расположилась у входа, сидя на кривой ветвистой коряге, словно в уютном кресле.
Ведьма была уже немолода, а седые волосы, огромный горб на спине и испещренное морщинами лицо лишь добавляли ей лет. Длинный хвост её обвился вокруг одного из сучков, и проплывавшие мимо водяные ужи все норовили задеть какой-нибудь из многочисленных плавников, отчего колдунья довольно ухмылялась, обнажая мелкие и острые желтоватые зубы. Впечатление она производила отталкивающее, но морской принцессе выбирать не приходилось.
Поэтому русалочка храбро поплыла ей навстречу, молясь про себя, чтобы ведьма не заметила её страха. Едва девушка открыла рот чтобы что-то сказать, хозяйка жуткого дома заговорила первой:
– Знаю, знаю, зачем ты пришла!
– Тогда вы знаете, что отговаривать меня бесполезно! – дерзко заявила русалочка, решив, что раз уж ведьма решила обойтись без лишних слов, то и ей не стоит беспокоиться о приличиях.
– Глупость ты затеваешь! – фыркнула та, – хочешь избавиться от своего прелестного хвоста и получить вместо него две нелепые подпорки, чтобы ходить как люди.
– Да! И ради этого я готова пойти на что угодно! – пылко воскликнула принцесса.
Ведьма расхохоталась низким и хриплым лающим смехом. Это были самые отвратительные звуки, которые юная русалочка когда-либо слышала. Огромная жаба, что пригрелась на груди у хозяйки, упала на песок и сердито посмотрела на девушку.
– Хорошо, на твою беду, красавица, я согласна помочь. Ты приплыла ко мне очень вовремя, явись ты завтра утром, было бы уже поздно и я не могла бы ничего сделать до следующего года. Считай, что тебе повезло, – произнесла, отсмеявшись, старуха.
– Прошу вас, я всё сделаю! – тихо сказала морская принцесса, подавшись чуть ближе.
Ведьма с интересом посмотрела на неё:
– Прямо-таки всё?
– Что угодно! Всё, что скажете, я на всё пойду! – горячо заверила её русалочка.
– Глупое наивное дитя. Как же мне тебя жаль! Да что тут сделаешь, спорить с влюблёнными – пустое дело, когда в игру вступают чувства, разум как правило бессилен, – она сокрушенно покачала головой, – что ж, тогда слушай: я сварю для тебя зелье, ты поднимешься с ним на поверхность и там выпьешь до восхода солнца, всё до последней капли. Тогда твой хвост превратится в пару прелестных, как их называют люди, ножек. Но не жди, что превращение дастся тебе так легко!
Когда ты начнёшь изменяться, то почувствуешь такую боль, словно тебя всё пронзают мечом, и каждый раз как в первый. У тебя будет чудесная скользящая походка. Все, кто посмотрят на тебя издалека, скажут, что ты не идёшь, а плывешь, паришь, едва касаясь земли. Но и это доставит тебе ужасные мучения – каждый шаг будет отдаваться такой болью, будто ты ступаешь по острым ножам. Зато люди скажут, что такой прекрасной девушки они ещё не встречали.
Я вижу, ты побледнела, тебе страшно. Конечно, я бы и сама испугалась на твоём месте. Но ты сама пришла ко мне просить о помощи и я помогу, если ты решишься. Вытерпишь всё это?
– Да! – без колебаний выпалила принцесса, но голос её дрожал. Неужели и вправду будет так больно, как пугает ведьма? Как же тогда ходить, если любой шаг будет невыносимым? Но она ведь обещала себе, что всё выдержит. Это ради него, ради принца! Ради их вечной, бессмертной любви. А раз так, то придется пойти на это.
Ведьма посмотрела на неё с бесконечной жалостью во взгляде:
– Бедная глупышка, а знаешь ли ты, что превратившись в человека, уже никогда не сможешь стать обратно русалкой? Ты окажешься навеки разлучена с домом, отцом и сестрами, со всем, что тебе дорого в подводном мире. Отрекаясь от всего ради любви, будь готова к тому, что если принц не полюбит тебя так же сильно, как ты его, и не захочет взять в жены, тебе не видать души, а значит, с первой же зарёй после его свадьбы с другой твоё сердце не выдержит и разорвется на части, а ты превратишься в морскую пену!
Девушка обхватила себя руками. Всё, чего она хотела – жить. Но не одна, а вместе с возлюбленным. Провести с ним пусть недолгую, но счастливую жизнь и не разлучаться даже после смерти. Люди верили, что души тех, кто не совершал зла при жизни, улетают на небеса и там пребывают в вечном покое и блаженстве.
Так ли это, русалки не ведали. Да и откуда, ведь они-то после смерти исчезали, растворяясь в волнах, обращаясь в пену. Но если эти рассказы не лгали, то принцу-то уж точно полагалось место на небесах, ведь он был так чист и прекрасен! Наверняка он никогда не совершал дурных поступков! А раз так, русалочка больше всего на свете хотела разделить вечность с ним.
Да и мог ли он её предать? Конечно нет, ведь достаточно будет одного взгляда, одной ноты нежной песни, чтобы принц узнал свою спасительницу и тотчас воспылал к ней бесконечной любовью. Иначе и быть не могло!
– Пусть! – уверенно заявила она. К чему сомнения, каждая минута колебаний отдаляет её от принца, а ведь всё, что им нужно – поскорее встретиться!
Колдунья внимательно посмотрела на девушку, окинув её оценивающим взглядом с ног до головы, и вынесла последнее предупреждение:
– А ещё ты должна заплатить мне за помощь. И я недёшево возьму! У тебя чудесный голос и им ты думаешь пробудить любовь принца, но так не пойдёт. Я возьму за этот бесценный напиток самое лучшее, что у тебя есть – твой волшебный голосок, вот что ты должна отдать мне! Ведь я добавлю в зелье свою кровь, иначе ничего не выйдет.
Отдать голос! Но как же она будет обходиться без него там, на суше? Как принц поймёт, кто перед ним? Как узнает, что именно она спасла его в ту ночь, когда затонул корабль? И наконец, как же ей поведать ему о своих чувствах?
– Если ты заберёшь мой голос, что же останется мне? – еле слышно спросила девушка.
– О, множество других вещей! Например, твоё прелестное личико, золотые волосы, стройная фигурка, твои необыкновенные глаза... А какая у тебя будет походка! Ни одна, даже самая умелая танцовщица не сможет двигаться с такой грацией и лёгкостью! Поверь мне, всего этого вполне достаточно, чтобы покорить человеческое сердце, – отозвалась старуха.
Отдать голос! Немыслимо! Но иначе не получить зелье! Как же быть? Остаться немой на всю жизнь, но провести её рядом с принцем, или же сохранить голос, избежать боли и мучений от ходьбы, но до конца своих дней быть одинокой и несчастной, вдали от возлюбленного, и лишь ночами, приплывая под его балкон, украдкой любоваться им?
Но ведь если она никогда не выйдет на сушу, то уж точно не сможет заставить принца себя полюбить, а значит, он точно женится на другой, а её сердце в любом случае разорвётся и она умрет от горя, потому что не сможет вынести такого!
Ну а раз гибель ждёт её и на земле, и под водой, с голосом или без, какой смысл отказываться? Лучше рискнуть и потерять всё, чем струсить и не иметь ничего.
– Я согласна! – негромко но твёрдо сказала русалочка. И так свершился рок.