Дорогие читатели! Я не умею правильно просить об активности, но если вы есть, если вы следите за обновлениями и ждете новых глав, пожалуйста, дайте мне об этом знать. Лайком, комментарием, чем угодно. Любые замечания, впечатления, мысли - всё приветствуется. Я максимально лояльна даже к самой суровой критике и очень жажду хоть какой-либо обратной связи, поэтому, если вам не сложно, расскажите мне, что вы думаете о моей работе!
Часть 11
Когда Лиз запела, гудящие зрители мгновенно стихли. Голос девушки волнами разносился по залу: чистый, звонкий и сильный. Казалось бы, какой музыки можно ожидать от девушки с такой внешностью и повадками? Тяжёлый металл? Хард-рок? Панк-рок? Однако песня Лиз была совсем иной. Девушка пела о любви.
Сколько поэтов посвятили стихи и даже целые поэмы этому возвышенному чувству! Сколько снято фильмов, написано книг, картин, мелодий, опер... Но та любовь, о которой рассказывала Лиз, была совсем иного толка. Неправильная, извращённая, болезненная, словно отраженная в кривом зеркале. Эта любовь изматывала, душила, держала, не давая людям разорвать тяготящую их связь и обрести свободу.
В песне рассказывалось о влечении одной девушки к юноше. Она не мыслила своей жизни без него, влюбившись без памяти, и готова была пойти на любые жертвы ради их совместного счастья. Вот только парень этого не хотел. Он любил другую, но боялся разбить сердце той, что грезила о нём днём и ночью. Поэтому он позволял ей себя любить, не понимая, что тем самым умножает причиняемую ей боль.
Шло время и ситуация ухудшалась. Влюбленная девушка страдала, когда видела его с другой, она не находила себе места от обиды и ревности, что с каждым днём всё сильнее разъедали ей душу. Оказавшись в тупике, бедняжка видела перед собой лишь два пути: отступиться или бороться до конца. И она выбрала второе.
Чем было то чувство, толкнувшее её на преступление – любовью или невыносимым желанием обладать – кто теперь может рассудить. Однако свершилось то, что свершилось – обезумевшая от страсти и тоски девушка убила свою соперницу.
Казалось бы, вот и всё. Она устранила помеху на пути к своему счастью и дальше всё должно было быть только лучше. Но юноша, за чье сердце она боролась, оттолкнул её. Он не знал, кто лишил жизни его возлюбленную, но, охваченный горем, он не желал видеть рядом с собой других женщин, тоскуя по той, что была для него дороже всех.
Так один человек разрушил целых три жизни, включая свою собственную. Никто не остался в выигрыше, одинаково несчастны были все. Однако, что интересно, Лиз как автор не осуждала поведение влюбленной. Она скорее сочувствовала бедной запутавшейся девушке, которой никто не указал верный путь, никто не помог отринуть чувства к тому, кто их не хотел, и двигаться дальше, строить собственное счастье.
Наконец, солистка Белокрылых замолчала. Отзвучала последняя пронзительная нота и Корал будто очнулась. Она по-прежнему сидела в кресле, на своем месте в зале, а по щекам её градом катились слезы. Девушка дрожала, ей неожиданно стало очень холодно. Слова песни всё ещё эхом отдавались у неё в голове, сердце билось чаще, а пальцы так сильно стиснули подлокотники, что побелели.
Мирра повернулась к подруге, видимо, собираясь как-то прокомментировать выступление или узнать её мнение, но увидела состояние Коры и передумала.
– Эй, ты чего, с тобой всё в порядке? – испуганно спросила она.
Коралин молча кивнула и, с трудом разжав руку, знаком дала понять, что волноваться не о чем. Хотя на самом деле было. Она и сама не могла сказать, что случилось, но почему-то песня Лиз проникла ей глубоко в душу, задев какие-то потаённые струны. Девушка так живо представила ситуацию, что буквально видела себя, стоящей у постели, где, обнявшись, мирно спала влюбленная пара, видела занесённый нож в собственной руке, готовый опуститься и поразить ничего не подозревающих людей...
От таких картин по спине побежали мурашки. До чего же странно, привидится же такое...
Звонкий голос Лиз заставил Корал отвлечься.
– Спасибо вам, – солистка поклонилась в ответ на аплодисменты. – А теперь я хотела бы исполнить ещё одну песню. Надеюсь, она понравится вам не меньше предыдущей.
Коралин вся обратилась в слух. Наверняка то, что первая песня так её зацепила, было случайностью, ведь она в принципе не так уж часто находила музыку себе по душе. Как правило из десяти прослушанных мелодий в плейлист в лучшем случае попадала одна, да и то не всегда, а тут - чем черт не шутит - вдруг и правда подвернулась возможность наконец разбавить чем-то новым приевшиеся треки?
Вторая песня называлась «Последний танец». Она пелась от лица девушки, сидевшей на свадьбе своего возлюбленного, который женился на другой.
И снова перед глазами Коралин закрутился калейдоскоп неясных образов. Жених и невеста в праздничных одеждах, веселые гости, сияющие счастьем глаза молодых...
И протянутая ей ладонь – приглашение. Его рука бережно держит её за талию, он делает шаг вперёд, она – назад, и вот уже он кружит её по всей палубе корабля под одобрительные возгласы толпы. Этот танец для них последний. Она уже никогда не будет к нему так близко, как в этот бесконечно короткий миг.