— Ждем пока Орион скроется, — уловив настроение Гэбриэла, сказал Дракула, — а его вечный недруг Скорпион займет свое положенное место, — вампир указал охотнику на усыпанное россыпью звезд небо. — И Антарес — сердце Скорпиона, не прольет свой свет на Землю, создавая своего рода дорогу, по которой Древние смогут попасть в наш мир.
Ждать пришлось недолго, уже несколько минут спустя на небе появился огромный хвост, а затем и сам Скорпион. Мгновение спустя Антарес озарил своим бледно-красным светом туманность и прочертил лучом линию, оканчивающуюся на камнях, составляющих призывные Врата.
— Отойдите! — бросил Дракула и, встав с места, где они сидели с Ван Хельсингом, быстро вошел в круг и зашептал заклинания, разобрать которые не мог даже Карл, считавший себя истинным знатоком подобных вещей.
Пока Влад произносил нужные слова и делал жесты, необходимые для призыва, луч, озаривший главный камень, замерцал и стал увеличиваться в ширину. Из образовавшегося треугольника с последним словом, сорвавшимся с уст вампира, появились три высокие полупрозрачные фигуры. Они, выйдя из света, пролитого Антаресом, стали приобретать более четкие формы. Тем временем вампир кровью на алтаре начертил символ Дракона и застыл в ожидании.
— Кто посмел нас потревожить? — прогремел звучным голосом стоящий посредине белокурый вампир.
— Неужели сам Великий Князь? — произнес темноволосый пришелец из Внешней Пустоты, внимательно вглядываясь в стоящего в паре шагов от него Влада.
— Да, я — Влад Дракула. И я призвал вас, открыв путь на Землю, потому что мне нужна ваша помощь.
— Мы Агасфер, Пеан и Скальд к твоим услугам.
Дракула, сняв плащ, немного закатал рукава камзола, обнажая запястья, на которых красовались серебряные браслеты.
— И как же тебя угораздило? — удивленно спросил Скальд, подходя ближе и рассматривая знакомую ему вещь.
— Признаться мы очень удивлены, — заметил Пеан. — Как они оказались у тебя?
— Я отобрал их у одного охотника на нечисть пару сотен лет тому назад, — произнес вампир. — Он сказал, что получил их от своего предка, инквизитора по имени Томас де…
— Торквемада! — с плохо скрытым раздражением произнес Скальд, явно обмениваясь мыслями со своими товарищами.
— Он единственный, кому удалось вернуться в мир самостоятельно, — снова заговорил Пеан. — Ни до него, ни после, никому больше не удавалось вырваться без помощи извне из Внешней Пустоты, запечатавшей нас в потустороннем мире. Эти браслеты были изготовлены специально для него, потому как ни один из нас не мог совладать с ним. Он совершенно лишился рассудка, испив крови своих собратьев. А его знания, находчивость и жестокость были столь сильны, что в тот момент мы не смогли удержать его. Наши Стражи, находящиеся по эту сторону и следящие, чтобы никто из нас не нарушил границ между мирами, очень долго его выслеживали, пока, наконец, в сентябре 1498 года не настигли его в Авиле и не оборвали его земную жизнь, навеки заточив в Ветряную тюрьму, в которой он находится по сей день, не имея возможности даже пошевелиться, так как магия ветра, приковавшая его к месту заточения, надежно удерживает мятежника.
Во время этого рассказа Скальд и Агасфер, одновременно взявшись за запястья князя, шептали какую-то абракадабру, похожую на речь доисторических людей.
— В них заключена очень сильная первобытная магия, — пояснил их действие белокурый вампир. — Нужно время, чтобы активировались открывающиеся механизмы и серебро прекратило свой бег по твоему телу.
— А вот одевались они очень легко, — выдохнул Влад, чувствуя, как кровь повернула вспять и устремилась по венам и артериям в обратную сторону. Описать свои ощущения он не мог но, на удивление, боли, на которую он рассчитывал, не было. Только легкий дискомфорт и головокружение.
— Ты очень слаб, — сказал Скальд, когда серебряные браслеты с характерным щелчком, ставшим для Дракулы самым желанным звуком на земле, открылись и оказались в руках Древних. Затем они передали их Пеану, запечатавшему наручники в небольшой алмазный футляр, который появился, казалось, из ниоткуда. — Я бы на твоем месте испил «ламмер-вайн», а не ту кровь, которая припрятана в твоем кармане, — доставая из многочисленных складок своего плаща небольшую фляжку и протягивая ее Дракуле, с легкой усмешкой произнес Скальд, заметив, как изменился в лице князь.
— Эликсир бессмертия, в котором растворен янтарь? — удивился Дракула. — Но… я же… я думал, что он всего лишь миф.