Тут уже засмеялся Егор, кинув на друга выразительный взгляд.
— Ты чё? — ничего умнее блондинчик придумать так и не смог.
— Не чё, а что, и живой человек по правилам русского языка не может быть чем-то, правильно говорить кто, — улыбнулась она невозмутимо. — Так вы выбрали что-то или я могу отчалить, чтобы ваши друзья наконец получили свой заказ?
— Ахаха, она тебя сделала, брат, — Егор еще громче заржал. — Ты иди, у него мозги сейчас взорвутся от того, что сказала. Думать он будет еще долго, а я жрать хочу…
Мила кивнула и отошла от столика, специально не поворачивая головы в сторону столика, где сидели новоприбывшие и Аня. Она и так опозорилась, когда как дурочка вылупилась на них. И хотя её сильно тянуло бросить еще один взгляд на хахаля Ани, Людмила буквально силой заставила себя смотреть перед собой. И только благодаря этому она не увидела, что объект её дум в этот момент смотрит на нее. Повернула бы голову, и они бы обязательно встретились глазами…
— Вижу, ты уже осваиваешься, — с улыбкой кивнула Катерина, еще одна официантка. Самая адекватная и приветливая из всего состава.
Парни, работающие здесь, к Людмиле отнеслись более благосклонно, но они в основном все находились на кухне, а из девушек только Катя нормально ее и приняла. Остальные официантки постоянно шипели да кидали в неё презрительные взгляды. Мила не знала, почему так. Может, конкуренции боялись или просто не принимали новых работников из принципа. Или просто старались держать с ней дистанцию, так как считали родственницей Анны. Точных причин подобного отношения она не знала, но было неприятно.
— Приходится, — пожала плечами Мила, устало улыбнувшись, — я ведь не могу постоянно прятаться за спиной сестры. Нужно учится самой ставить на место хамов.
Они не стали рассказывать всем о их странных и запутанных почти семейных связях. Ни к чему. Забелина просто привела ее и всем сообщила, что Людмила приходится ей сестрой.
— Молодец, — похвалила Катя, — а то я уже думала, что долго ты тут не протянешь, уж прости. Тут не место для тихих, скромных девушек. Иногда тут такие дикости происходят, так что нужно уметь постоять за себя и отфильтровывать лишнее.
— Я уже поняла, так что пытаюсь подстроится под ситуацию, — она замолчала, потому что неожиданно раздался громогласный смех Ани и её друзей. Как-то само получилось, что Мила все-таки посмотрела в ту сторону. — Слушай, а это кто?
Катя как раз могла удовлетворить ее любопытство. По тому, как Аня к этому мужчине относилась, можно было сделать, что это непростой человек и очень близкий для нее. Забелина лично взялась за обслуживание этого столика, при этом успевала с ними о чем-то болтать, смеяться и постоянно прикасалась к тому самому загадочному мужчине, будто давая понять всем присутствующим, что лезть не стоит, он принадлежит ей.
— А ты не знаешь? — удивилась Катя. — Это же Марк Никольский, фактический хозяин этого клуба. У Ани есть какой-то процент доли, но большая часть принадлежит ему. Да и по факту нас не трогают только благодаря ему. Место тут откровенно опасное, но все знают, что никакой дичи тут творить не стоит, иначе придет Марк и его друзья и прирежут тебя.
Глава 2.2
Мила снова посмотрела на объект их разговора. Так вот ты какой Марк Никольский. Сын местного авторитета, вдруг решивший начать новую, законопослушную жизнь и закоренелый ловелас, очередь в постель которого насчитывала огромное количество дам самых разных возрастов и внешности. Теперь Люда понимала тех глупышек, что приходили сюда в надежде привлечь его внимание.
Она и сама оказалась подвластна тому странному магнетизму, присущему Никольскому. Женщина словно мотыльков на огонь тянуло к нему, и те устремлялись к нему, рискуя быть сожженным этим самым огнем, но даже понимая риски, они все равно искали встречи с ним. Вопреки здравому смыслу. Вопреки инстинкту самосохранения. Извечное желание стать одной-единственной для плохого мальчика, излечить его душу, обогреть любовью и привязать этим к себе, причем многие даже не отдавали себе отчета в этом. И похоже, это самое стремление присутствовало у Анны, несмотря на то, что та никогда не могла похвастаться романтическим складом ума. И все же она явно желала приручить хищного зверя, и судя по всему, ей это почти удалось.