А потом на меня обрушилась невероятная тишина, настолько громкая, что я подумала, что просто оглохла. И свет. Все вокруг было белым-бело. Синее небо резало глаз. Так быстро? Я думала, что это все затянется на день-два. Но, кажется, прошло не больше четверти часа.
Устало опустила бубен, огляделась. В горле першило, лицо горело, нос заложило напрочь. Под шубой — мокрая спина.
— Муська? — прогнусавила я, оглядываясь.
— Я тут.
Она сидела в сугробе в одном лишь изумрудном платье и стучала зубами.
— У нас все получилось? Мы спасли мир?
— Не мы, а он, — просипела она. — Как же холодно!
— Надень его вещи.
Мне было страшно произнести имя Шаардана. Он… умер, да?
Белый пушистый снег скрыл все следы кошмарного ритуала. Даже тела на деревьях казались уже игрушками, причудливыми сугробами.
— Мусь, а ты больше не демон?
Она пожала плечами, а потом поднялась. Встряхнулась, выпрямилась — и снег взметнулся вокруг ее тела, скрывая трансформацию.
Демон. Пожалуй, это хорошо. Сильная и не замерзнет.
— Вот и славно, — кивнула я. — Тогда разберешься тут с этими… А я пошла.
— Куда?
— За Шаарданом, конечно. Шаман я или кто? Спущусь за ним в Долину теней. Или выведу, или пойду рядом до конца.
Она молчала, даже не пытаясь меня переубедить. Да у нее бы и не получилось. Я могу быть очень-очень упрямой.
…
Из всей магии, что досталась мне в этом мире, я отлично умела делать три вещи: разжигать огонь, вызывать дождь и спускаться в Долину теней. Честное слово, это уже стало какой-то рутиной. Два гулких удара, три притопа — и вот я уже «проваливаюсь» во тьму, что сейчас мне желаннее всякого света. И с ужасом понимаю: найти тут Шаардана не так уж и просто.
Нижний мир снова полон огней. Их не так много, как тогда, после большой битвы, но все равно — немало. Толкаются, мечутся, суетятся. Кто они, откуда? Неужели там, на границе, снова случилось что-то нехорошее? Впрочем, какое мне до них дело?
Думай, Дашка, думай. Вряд ли у Шаардана есть много времени. Он когда-то, кажется, говорил, что душа может находиться в Долине теней не больше суток. А что насчет человеческого тела? Ведь он ушел сюда целиком. Наверное, Дан и об этом говорил! Ведь если подумать, меня-то он притащил во плоти, вместе с руками, ногами, разноцветными глазами и даже содержимым черепной коробки. Значит, выйти отсюда реально. Другое дело, что я понятия не имею, как действовать!
На всякий случай я стукнула себя по лбу бубном. И, как ни странно, помогло! Сразу в голове прояснилось, и на меня снизошло странное, потустороннее спокойствие.
Шаардан — шаман. А шаманы в Долине теней — существа заметные в любом виде. Демонам они неинтересны, а вот душам погибших — весьма и весьма. Значит, мне нужно идти туда, где самое большое скопление огней.
Я огляделась и решительно двинулась в сторону особо яркого участка. Логика меня не подвела: среди светлых расплывчатых пятен я заметила вполне четкий силуэт Шаардана. Бестрепетно шагнула прямо к нему (души испуганно отпрянули с моего пути), уставилась в усталые черные глаза. Выглядел шаман неважно. Бледный почти до синевы, с серыми губами, ввалившимися щеками и испариной на висках.
— Что ты тут забыла? — рявкнул он.
Я же просто прижалась к нему всем телом, сцепив руки у него за спиной. Зачем нужны слова? И без того все ясно!
— Дара, не нужно. Я не смогу выйти. Но… я попробую к тебе вернуться.
— Как?
— Если найду дорогу через Долину теней — стану высшим демоном. Ифритом или тем же талджи. Как Мария.
— Как Аюна! — вдруг широко улыбнулась я.
— Что?
— Ты хочешь стать демоном?
— Нет конечно! Ведь тогда мы не сможем умереть в один день, — в его усталом голосе прозвучали истерически-веселые нотки. — И потом, я вовсе не уверен… Мне кажется, в моей душе недостаточно тьмы для этого.
— Тогда нам остается только одно! — трагически вздохнула я.
— Сдаться на милость судьбы? — хмыкнул Шаардан.
— Позвать на помощь высшие силы! — качнула головой я и повернула кольцо на пальце.
Тем временем в шамханском лагере
Над головами небольшого отряда рурахцев развевалась белая тряпка — вечный знак парламентеров. Чорбаши Ахтын вышел к переговорщикам сам.
Молодой светловолосый мужчина с перевязанной рукой шагнул вперед и бросил под ноги чорбаши окровавленный мешок.