Шаардан и вправду почти не шатался. Когда я споткнулась в очередной раз, даже попытался поднять меня на руки, но я отбилась. Ничего, дойду как-нибудь! Как хорошо, что наш (теперь уже наш) шатер на самом краю стана…
Дан, конечно, не стал отказываться и с явным удовольствием стянул с меня мокрую одежду. И сам быстро оголился. Вот только поспать он мне не дал. Сначала вытер меня чистой тканью, потом принялся целовать… во всяких местах.
— Откуда в тебе столько сил?
— Сам не знаю, голубка. Но остановиться не могу, даже не проси…
— Я устала, хочу спать.
— Закрывай глазки и не шевелись. Расслабься. Я просто немного потрогаю… И поцелую. И…
И… через пару минут я жалобно хныкала в его руках. Усталость никуда не делась, голова кружилась не только от удовольствия, но и от слабости. Я и вправду расслабилась и позволила себе забыть обо всем, просто отдавшись Дану. Тем оглушительнее оказалась волна, накрывшая меня с головою на границе сна и бодрствования…
Разбудили нас уже ночью. Кажется, приходили и раньше, что-то говорили, но просыпаться мы отказались. Не помню даже, успел ли Дан накрыть нас покрывалом, прежде чем вырубился сам. Теперь уже — плевать. Кому какое дело до нашей наготы! В лагере явно есть проблемы поважнее…
— Многоуважаемые шаманы, может быть, желаете поужинать? Вас ждут у костра!
Волшебное слово «ужин» сработало лучше всякого будильника. Я распахнула глаза и прислушалась к своему организму. О нет, я не хотела есть. Я хотела жрать! Дико, просто зверски. А еще — слабости как не бывало. Тело налилось звенящей энергией.
Прижав к груди покрывало, я заглянула в лицо Дану. Он тоже выглядел отдохнувшим.
— Знаешь, голубка, а раньше я бы провалялся неделю после такой грозы, — удивленно произнес шаман, поднимаясь с подушек. — Теперь же — полон сил. И есть хочу невозможно просто. А ты как? Голодная?
— Как демон, — лаконично ответила я.
— Ха! Одевайся скорее.
— Сдается мне, наши любовные порывы пошли тебе на пользу.
— Вот и я так думаю. Во мне полно энергии… твоей. Но и ты вся светишься.
— Вот видишь, мы созданы друг для друга, — усмехнулась я, натягивая сорочку. — Разве это не прекрасно?
— Да, — вдруг погрустнел Шаардан. — И я благодарен судьбе за это.
Конечно же, он сейчас вспомнил о том, что скоро умрет. Я сделала вид, что ничего не заметила, но в очередной раз пообещала про себя: фигушки! Не отпущу, не отдам! В долину теней за ним пойду… Он — мой.
Мы вышли в шамханскую ночь и задохнулись от восторга. Над нами раскинулось черное небо, усыпанное алмазной пылью. Вечное, бескрайнее, совершенно равнодушное к земным бедам. Эти звезды одинаково светили и войску Шамхана, и рурахским воинам, и джиннам, и демонам, и взрослым, и детям. Небо дарило прохладу и успокоение, напоминая снова и снова: мы — лишь песчинки в огромных часах времени…
Тот молодой солдат, что пришел за нами, тоже застыл на мгновение, задрав голову вверх, а потом тихо вздохнул:
— Только здесь я научился любить эти звезды. Вчера я думал, что вижу их в последний раз. Мне повезло, что мои глаза еще открыты.
— Вы славно сражались, — кивнул Шаардан. — Наши колдуны…
В этот момент мой желудок выразил бурный протест против пустой болтовни. Ну извините! Я и вправду схожу с ума от голода!
— Ах да, прошу за мной, сайдэ, вас ожидают у костра.
Мы поспешили за провожатым. В стане царило сдержанное оживление. Как много людей, как много костров! Не слышно ни стонов, ни жалоб, наоборот — воины тихо смеются.
— Кажется, мы победили, — заметил вполголоса Шаардан. — Впервые за все дни войны.
— Да, — обернулся наш проводник. — Много раненых, но погибших куда меньше, чем было до этого. И почти никого не сожрали, это дорогого стоит. Защита от демонов выстояла. Спасибо нашим магам и вам двоим.
Я не могла не улыбнуться. Моей заслуги тут не было, но все же — какое это счастье! У нас есть надежда, а с ней гораздо слаще засыпать и просыпаться.
…
Возле большого костра расположилась самая верхушка армии. Чорбаши Ахтын, баши Ромул, еще несколько незнакомых мне мужчин (так странно и приятно видеть их открытые лица, живые и усталые), два старика в весьма потрепанных фиолетовых халатах, Грайна, как всегда прекрасная, и юная Улия с темными кругами под глазами.
— Выспались? — добродушно прогудел чорбаши. — Мы пытались вас будить трижды.
— Много сил ушло, — туманно ответил Шаардан, без всякого стеснения опускаясь на подушку, заботливо брошенную на землю нашим проводником. Я села с ним рядом. Нам в руки тут же сунули деревянные миски с жареным мясом и комками какой-то крупы. Ложек не предложили, но я и без них справилась. Выхватила пальцами кусок мяса и впилась в него зубами. О мой день, как же это вкусно!