– Да! – Плечи Салиха дрогнули. – Я хотел бы…
Пачка сигарет снова нырнула в карман.
– Взгляните мне в глаза. – Неожиданно приказал Рочен.
Когда Салих повернулся и поднял ресницы, его душу обожгло невероятное чувство: на него смотрели темно-синие глаза брата!
– Хайсо? – Недоверчиво спросил он, пытаясь отвести взгляд. Но не смог. Синие глаза держали его крепче рук. – Хайсо…
– Мой ненаглядный малыш!
Салих почувствовал, как теплая рука гладит его волосы, плечи, касается лица…
– Ты очень вырос. – Казалось, Хайсо торопился сказать все, что скопилось в душе за время, которое они не виделись. – Стал таким взрослым и самостоятельным. А еще – очень красивым. Эти браслеты… Я так рад, что ты их носишь!
– Хайсо! – Синие глаза размыло текущими слезами, и Салих быстро стер воду пальцами. – Ты здесь, со мной! Мой братик! Как я скучал! Ты не представляешь, как я винил себя в том, что ты уехал в столицу!
Ладони Салиха вслепую потянулись к лицу брата.
– Все в прошлом. – Вздохнул Хайсо. – Иди ко мне. Хочешь, я обниму тебя, как прежде?
– Да! – Салих бросился навстречу, стискивая руками шею, покрывая поцелуями синие глаза, щеки, темные, с седыми нитками, пряди волос. – Мой Хайсо!
Родной запах кружил голову, а сильные надежные руки обняли, крепко прижав к себе его худощавое тело… Не мужчины, а подростка, влюбленного в старшего брата.
– Мой малыш… – Синие глаза строго взглянули в такие же синие. – Ты знаешь, что я тут ненадолго. Не хочется тебя расстраивать, но мы видимся последний раз. И еще… Все, что случилось со мной, это – судьба. Не вини себя в том, что не отговорил меня от поездки. Уже тогда, прощаясь с тобой, я знал, что впереди – черная пустота…
– Но почему?!
– Мой маленький братец… – Глаза Хайсо грустно улыбнулись. – Потому что я не должен был так тебя любить и увлекать… своими фантазиями. Если бы я остался жив, то никогда бы не отпустил тебя от себя. Не дал бы тебе жить своей жизнью. Ты стал бы той драгоценностью, которую прячут от чужих взглядов. А теперь скажи, разве у таких отношений могло быть будущее?
– Хайсо! Мне все равно, кто что подумает!
– Не все равно. Если бы сейчас я предложил забрать тебя с собой, смог бы ты оставить работу и друзей? Молчишь?
– Хайсо! Позови меня, и я пойду за тобой куда угодно! Я… люблю тебя…
– Я тоже тебя люблю, малыш. Но Судьба из нас двоих выбрала тебя. Поэтому живи. Обещаешь?
– Как ты не можешь понять, что без тебя жизнь не имеет смысла?!
– Не перебивай… – Дыхание брата коснулось мокрого от слез лица Салиха. – Прошу… Если меня любишь… Отпусти. Не держи рядом. Мне больно видеть, как ты живешь прошлым, отвергая настоящее и не думая о будущем. Родители переживают, что ты совсем не появляешься дома. А наша сестра? Она не хочет выходить замуж, пока ты не согласишься вложить ее пальцы в руку будущего мужа. Они ждут больше года… Салих! Почему ты отвергаешь протянутые к тебе ладони? Малыш… Прошлое не вернешь. Обещай мне…
– Хайсо… Я не могу без тебя!
– Салих… Меня больше нет. Закончи то дело, что начал на службе… И отпусти минувшее. Мой ненаглядный мальчик…
Губы Хайсо осторожно коснулись мягких, раскрывшихся навстречу, губ…
– Я обещаю! – Прорыдал Салих, когда закончился головокружительный прощальный поцелуй.
Молодой аристократ очнулся и осторожно посмотрел по сторонам, вытирая ладонью остатки слез. Он сидел на лавочке, уперев локти в колени. В полуметре от него невозмутимо дымил сигаретой Рочен.
– Простите… – Хрипло сказал Салих и закашлялся. – А что… тут было?
– Вы о чем? – Повернул в его сторону голову беловолосый северянин. – Я курил. Вы дремали. Кажется.
– Я… не разговаривал?
– Нет.
Салих встал и вдруг низко склонился перед сидящим мужчиной.
– Спасибо за последнюю встречу! Господин Рочен… Как мне сказать брату, что он свободен?
– Так и скажи. – Пожал тот плечами. – Пока он рядом.
– Хайсо… – Салих сжал на груди пальцы. – Ты – моя первая любовь. Я никогда этого не забуду. И ради тебя стану жить дальше. Клянусь!
– Живи ради себя. – Буркнул Рочен. – И ради тех, кто будет рядом. Иди, парень. Передай своим, чтобы меня не искали. Я скоро приду.
– Еще раз спасибо!
Молодой аристократ скрылся в кустах, а Рочен вытащил новую сигарету.
– Кто бы мне в свое время сказал, что жить нужно для себя?
С дерева на спинку лавки слетела большая сова.
– Не придумывай. – Она потерлась об его щеку клювом. – Я говорила об этом много раз. Твои родители тоже. Помнишь своих школьных приятелей? Они даже отпинали тебя для прочистки мозгов. Но стойкий нордический характер не перешибешь даже палкой.