Несколько легких росчерков карандаша, небольшая растушевка – с листа блокнота вновь улыбнулся сероглазый мальчишка – такой, каким он был тогда… в далекие годы детства.
Подняв взгляд от стола, он нашел светлую куртку официанта. Тот, обслужив столик с мужчиной и двумя смеющимися дамами, мгновенно обернулся. "Интересно, на такую работу принимают людей со слишком чувствительной кожей?" – Подумалось ему в тот миг, когда официант направился в его сторону.
– Слушаю Вас, господин!
Что ему нравилось в вольном нравами ресторанчике – это прекрасное и ненавязчивое обслуживание. А еще – приходившие сюда люди. Которые настолько погружались в свои страсти, что им не было никакого дела до чужих.
– Бутылку фиолетового пюи тридцать третьего года. Кажется, я видел ее в вашей винной карте.
– Да, господин. Позволите рекомендовать Вам бланкетт из телятины и яблок? Изысканная острота этого блюда прекрасно сочетается с прохладным ароматом фиолетового пюи.
– Маленькую порцию.
– Прошу прощения за вопрос… – Голос официанта снизился к шепоту. – Вон та милая дама… Она сожалеет, что Вы грустите в одиночестве.
Гость выплеснул на молодого парня прозрачный холод голубых глаз. Тому показалось, что спина покрылась инеем.
– Извините. – Смиренно поклонился он и заскользил между столиков за заказом. А мужчина открыл в блокноте чистый лист.
Все произошло далеко не сразу. Холодная зима сменилась весной, весна – летом, а там наступил новый год с повторяющейся сменой сезонов. Господа сменили гнев на милость, и сына повара снова начали пускать в принадлежавшие семье наместника покои. Но только теперь он старался незаметно проскользнуть по коридорам мимо шикарных гостиных с их обитателями и запереться с Лисом в игровой комнате. Самым любимым занятием мальчишек было разглядывание карты материка в одной интересной книжке, подаренной дедом любимому внуку. Если открыть разрисованные горами и лесами страницы, то они поднимались над книгой, словно живые. Лежа на животе, можно было разглядывать города и горы, работающих на полях землепашцев и, через несколько страниц в разделе "осень", вызревший на них урожай. Но самый живой интерес у двух сидящих в северном замке сорванцов вызывала столица. Ей было посвящено почти сорок страниц. Мальчишки с наслаждением разглядывали широкие проспекты, по которым ездили колесные повозки, запряженные лошадьми, и обычные машины. Лис тогда прочитал в пояснении, что для полетов над городом необходимо специальное разрешение. Ведь неосторожный или неопытный водитель вполне мог врезаться в большой новый дом или упасть на крышу старого одноэтажного строения. Кроме восхищавших детское воображение перспектив современной высотной застройки им нравились древние узенькие улочки исторического центра, выложенные желтым кирпичом. Эти веселые светлые дорожки каждое утро поливали дворники. А вода самотеком сбегала по ним снова к реке. Там, где подъем на холмы был слишком крутым, местные жители пользовались простенькими подъемниками с крюками, к которым они цепляли свои сумки.
– Вот бы пробежаться по этим дорожкам вместе! – Улыбался Лис. – Когда мы вырастем, давай поедем туда учиться!
Рочен улыбался и молчал. Каким бы умным он ни был, в университет просто так не поступишь. Ведь за посещение лекций со студентов брали плату. И она была не по карману дворцовому повару из отдаленной провинции, который, к тому же, считал учебу блажью.
А потом, когда им надоедало валяться на ковре, Лис захлопывал книгу и, подмигнув хитрым глазом другу, вытаскивал откуда-то из кучи старых детских игрушек веревочную лестницу с крюками и спускал ее из окна второго этажа, где находилась его комната. В горы мальчики теперь не ходили, но в старом замковом парке, в дальнем его конце, они нашли огромную, толстую иву с дуплом, куда забирались вдвоем. Иногда они говорили о всякой всячине. А иногда сползали по наклонному суку к пруду и сидели, болтая ногами, над самой водой. Лису было интересно все: как весной у лягушек появляются головастики, как плавают под водой яркие тритоны и выбравшиеся на охоту за ними черные гадюки. Как скользят по поверхности водомерки и ныряют среди корней быстрые выдры. Еще они играли в прятки среди развалин старой стены и заброшенной надвратной башни.