"И куда ляжет этот мальчик? Ведь кровать в комнате одна!"
Но мальчишка, без всякого разрешения, завалился на постель Лиса и похлопал ладонью по одеялу.
– Ложись, а то на полу босиком холодно.
Лис, одетый в светлую пижаму, осторожно устроился рядом с ним. Служанка поправила одеяло и, загасив светцы, вышла.
– Темно! – Через какое-то время сказал синеглазый. – Я привык спать с ночником.
– Сейчас зажгу свет. – Вздохнул Лис.
Когда неяркий свет одного светца озарил тусклым светом спальню, Рочен увидел, что Лис сидит в ногах мальчишки, не решаясь снова лечь рядом.
– Ты чего застыл? – Через некоторое время спросил тот.
– Охраняю твой сон. Спи. И ничего не бойся. Хочешь, я спою тебе песенку?
– Это колыбельную? – В голосе гостя прозвучала насмешка.
– И что? Знаешь, как хорошо под нее спится!
– Давай, пой. – Согласился тот. – Если будешь фальшивить, я ударю тебя подушкой!
Рочен сжал кулаки и уже собрался перелезть в детскую, чтобы надавать нахалу по шее, как вдруг услышал голос своего Лисенка. До сегодняшнего вечера он никогда не слышал, как поет его друг.
– Спи, мой малыш, спи… Пусть тебе снится свет.
Звездочки в небесах нас берегут от бед…
Спи, мой любимый, спи… Пусть тебе снится даль.
Радости и печаль мира ушедших лет…
Голос Лисенка был таким чистым и нежным, что на глазах Рочена появились слезы. "Если этот пацан заснул, я поговорю с Лисом обо всем!"
Но мальчишка, кажется, заплакал, поскольку друг перестал петь и растерянно спросил:
– Тебе совсем не понравилось?
– А можно… ты перестанешь меня так бояться?
– Ну… ты – гость, которому надо угождать. – Нагнул голову Лисенок.
– А если не угождать? Хочешь стать моим другом?
Рочен отодвинул занавеску так, чтобы ему было все видно. Чужой мальчишка сидел на кровати, сжимая плечи откинувшегося на пятки Лиса.
– Я не умею дружить с принцами. – Тихо сказал он. – Ты приказываешь – я делаю.
– Ну, пожалуйста! – Чужак обхватил его шею. – У меня никогда не было друга! Давай хотя бы попробуем!
– Хорошо. – Лис убрал его руки со своей шеи. – Тогда скажу тебе, как друг: это – моя кровать. Мои игрушки и книжки. Если хочешь дружить, иди спать на диван.
Рочен чуть не засмеялся, глядя на растерянное лицо юного принца. Но тот вдруг встал и спрыгнул с высокой кровати.
– Извини меня, пожалуйста, и подскажи, куда лучше лечь.
У Лиса тоже вытянулось лицо, но он кивнул на ближайший диван.
– Туда. Там есть плед, можешь им укрыться.
– Хорошо.
Тот лег и накрылся покрывалом с головой. А Лис нырнул на свою кровать и довольно вытянулся по диагонали, раскинув руки.
Через некоторое время с дивана раздались тяжелые вздохи.
– Ты чего? – Приподнялся на локте Лис.
– А можно… я снова лягу с тобой?
– Боишься?
– Боюсь. Это у меня с детства. Когда ложусь спать, меня обступают серые тени и тянут ко мне свои призрачные руки. Я задыхаюсь, кашляю… Когда была жива мама, она всегда спала со мной.
– А теперь?
– А теперь я сижу, пока не усну. Потом падаю на кровать. Иногда просыпаюсь и снова сажусь.
– Горе луковое. Ну, иди ко мне!
Принц откинул плед и в два прыжка преодолел расстояние до кровати, ужом скользнув под одеяло.
– Хочешь, я тебя обниму? – Спросил Лис.
– Хочу… – Тихо откликнулся тот. – Наверно ты думаешь, что я – плохой друг. И трус.
– Нет. – Лис лег с принцем на одну подушку и погладил его черные волосы. – Просто однажды тебя кто-то сильно напугал. Я тебя обниму, и ты сразу заснешь. Чувствуешь мое тепло?
– Да…
Уставшие мальчишки засопели одновременно. А Рочен, ломая ногти, быстро спустился с подоконника и вскоре прыгнул в траву.
– Гад! – Сказал он. – Принц – самый гадский гад! Лис… как ты мог? А как же я?
Этой же ночью Рочен убежал в город к матери и сестрам. Все оставшееся до утра время он проплакал в подушку. А на утро у него поднялась температура. Мать хваталась за голову, приглашая к единственному сыну лучших городских врачей, но те качали головами и ничего не находили. И только аптекарь, принесший испуганной женщине пилюли, догадался о ее причине.
– У Вашего сына, госпожа, нервная горячка. Иными словами, какие-то, неприятные для него, события настолько застряли в душе, что она не может справиться с потрясением, показывая внутреннее напряжение температурой.
И тогда женщина задумалась. Что могло повлиять на ее обычно спокойного и уравновешенного мальчика? Усевшись рядом, она взяла сына за руку и начала задавать вопросы, внимательно следя за реакцией. Когда дело дошло до замка, где работал отец, и где почти все свободное время пропадал ребенок, она почувствовала, как ускорился его пульс.