– Оставим маленькие тайны и подарки судьбы в глубинах своих душ до воссоединения с любимыми коллегами. – Фыркнул Тэй. – Не хочу пересказывать по сто раз то, о чем можно поведать однажды.
Ханна доела бутерброды и посмотрела в окно.
– Вот и пересадочный вокзал. Садитесь, парни, и пристегнитесь. Сейчас начнутся перегрузки. Эх… – Она прислушалась к своему организму. – Похоже, завтрак был слишком плотным!
Южный экспресс, на который они пересели спустя двадцать минут после остановки Северного, летел гораздо ниже и быстрее. Народу в нем тоже было больше. Все сидячие места были заняты, а кто-то даже создавал массовость в коридоре, выставив в проход чемоданы.
– На осеннюю ярмарку торопятся. – Покосился Денки на громко разговаривающих жителей центральных областей с заплечными мешками. – Накупят дешевых шмоток и повезут перепродавать в мелкие городишки по заоблачным ценам.
– Бизнес. – Пожала плечами Ханна. – Кто-то производит, кто-то перепродает. Ленивые переплачивают. Но наш южный товар на самом деле хорош. Тонкие шелка и плотный лен, прочная и мягкая кожа, из которой шьют самую дорогую обувь – все это делается у нас.
– Местечковая гордость? – Хмыкнул сидящий рядом Ден. – Чего ж ты тогда сбежала из дома в столицу? Наверняка, хотела подцепить богатого и заботливого мужа! Ведь на юге женщин за людей не считают.
– Хочешь, чтобы я рассказала тебе историю своей жизни? – Внезапно разозлилась Ханна. – Настолько давно не плавал в чужой грязи, что снова захотелось окунуться? Ты, свободный и ухоженный мужчина, знаешь, что такое голод и плохая одежда? Насмешки сверстников и похотливые взгляды добропорядочных отцов семейств в тот момент, когда их благоверные сидят дома и воспитывают собственных детей? Знаешь, что такое детская проституция?
Хоть Ханна говорила шепотом и почти на ухо Дену, Салих, сидевший чуть дальше, насторожился. А потом и вовсе встал, положив ладонь на плечо Денки.
– Слушай, друг… Пока я не начал махать кулаками… Давай поменяемся местами. Не стоит задавать человеку вопросы, на которые он может ответить не так, как ты предполагаешь.
– Я, правда, не хотел… – Денки испугался до проступивших на побелевшем лице коричневых веснушек. – Ханна, прости!
– Я не обижаюсь. Только не люблю, когда кто-то пытается смотреть на меня свысока. Салих… Сядь. Я в порядке. С сегодняшней ночи, парни, я в полном порядке. А это… просто эмоции.
– Ну ладно. – Исподлобья смерив взглядом смотревших на них пассажиров, он вдруг рявкнул: – Вам тут что, бесплатное шоу? А если по морде?
– Ден, успокой публику. Тэй, расскажи анекдот… Салих, мальчик мой, садись к окошку. Хочешь, я тебя обниму?
– Вот еще! – Задрал нос молодой человек, но к окну сел. Ханна тут же загородила его от публики, повернувшись ко всем спиной.
– Ну что ты! – Под чужими взглядами она не решилась взять его за руку, но потихонечку коснулась пальцами шеи, пытаясь успокоить. – Еще два часа – и мы будем дома.
– Ханна… – Салих, не поворачиваясь к ней, смотрел в окно. – То, что ты сказала Дену… это – правда?
– Что я выросла в бедной семье – да.
– А… остальное?
– Если бы я не сбежала… То до сих пор трудилась бы в одном из шатров городского базара, ублажая мужскую похоть. Мир, Салих, к тем, кто внизу, неимоверно суров. И к тем, кто наверху, тоже. Только мы обязательно во всем разберемся. Выведем убийц и мучителей на чистую воду. Знаешь, ведь я именно за этим пошла работать в Управление движением, а потом – в Королевскую Службу безопасности.
– Спасибо, Ханна. Когда расследование закончится… Ты не уйдешь со службы?
– Где же я найду еще одно такое хлебное местечко! – Рассмеялась женщина. – Ведь у меня нет мужа, покупающего любимой женушке золото. Но есть милая сестренка, которая жутко любит наряжаться. Не могу же я провалить ее ожидания?
– У тебя есть сестра… – Салих уткнулся лбом в стекло.
– Наши отношения нельзя назвать близкими. Она выросла в то время, когда я боролась за место под солнцем. Но у тебя есть Тайрес, который в любой момент готов протянуть тебе дружескую руку. Помни об этом.
– Он – простолюдин! – Повернул к Ханне свой горбатый и узкий нос Салих. Посмотрев на вытянувшееся лицо Ханны, парень расхохотался.
А уже через три часа они сошли на перрон столицы провинции Тамт.
– Дом, милый дом! – Потянулась Ханна, глядя на возвышавшийся над городом холм.
– А, может, забьем сегодня на работу и постучим вечером в волейбол? – Предложил Денки. – Надо как-то сбросить напряжение.
– Обед, сон и волейбол… – Протянула Ханна. – Звучит заманчиво.