– Но почему ты поддался на уговоры духа?
– Может оттого, что люблю танцевать? – Рассмеялся Тэй. – Пойдем, Сэм. С некоторых пор опасаюсь подкрадывающихся ко мне сумерек!
Сэмп фыркнул.
– Интриган. Еще скажи, что боишься меня. Кстати, мало я тебя попинал. Надо бы добавить.
– Может, и боюсь… – Загадочно ответил Тэй, выходя на светлую дорожку, ведущую к стадиону.
Глава двенадцатая. Герден.
Столица уже неделю полнилась слухами о предполагаемом бракосочетании младшего внучатого принца с юной леди заморского аристократического семейства. Народ посмеивался: всем было известно желание принца Корвеса, отца Гердена, переселиться за море насовсем. Единственное, что удерживало мужчину от этого шага – собственная провинция, приносящая солидный доход. Если бы он уехал окончательно, с источником финансирования пришлось бы распрощаться. Поэтому, скрепя сердце, он два раза в год навещал пожилого отца-Короля и округ Сенко, где числился Владыкой. Старый наместник к этому времени готовил кошельки золота и мешочек с драгоценными камнями – дары отеческой земли, покидающие ее вместе с довольным Корвесом.
Возможно, вкусив прелести богемного и свободного от всяческих обязанностей образа жизни, принц не стремился к власти и не лез в высокую политику, уступив место рядом с троном своему расчетливому брату Горесу, подмявшему под себя нефтяную южную провинцию Рэй. Однако, зная его бесконечную жадность, Корвес все-таки решил обезопасить себя и свое потомство, поговорив о будущем с Его Величеством.
– Прости, отец, – сказал он тогда. – Возможно, ты возлагал на меня определенные надежды… Только политик из меня никакой. Я – всего лишь обыватель без малейших зачатков каких-либо амбиций. Вкусно поесть, съездить на охоту или посмотреть волейбольный матч, поставив на любимую команду немного денег – это по мне. Но управлять такой разноплановой страной… Я не справлюсь. Поэтому, если ты составишь завещание в пользу Гореса, я возражать не стану.
– У тебя два сына. – Ответил ему Король. – У Гореса – дочери. Поэтому наследником следующей очереди станет один из них. Если хочешь жить свободно, живи. Но детей оставь тут. Пусть мальчики, в отличие от тебя, с детства учатся ответственности. А там посмотрим, кто из них способен на большее.
– Но у меня нет лишних денег, – заметил Корвес, – чтобы содержать их при твоем дворе. На том континенте они растут почти в деревне, бегая по траве босиком и в старых штанишках. Здесь придется их учить, одевать, нанимать специальный персонал… Отец, оставь ребят в покое! Простым мальчишкам без финансовой поддержки и всестороннего образования трудно стать значимыми игроками в политическом поле. Громогласная пресса Гореса смешает их с грязью.
– Выбирай. Либо мальчики, либо ты. Однако, если тебе не хочется влезать в расходы, так и быть, запишу за ними принадлежащие королевскому дому провинции. Волден получит центральный Мейт, а Герден – южный Тамт. Но если с кем-нибудь из них что-то случится, провинции вернутся под мое попечительство.
Корвес мысленно потер руки: он добился своего, совершенно ничего не теряя. И если бы он все же решил окунуться в политику, возможно из него получился бы хитрый и ловкий правитель. Однако, выросшему среди роскошной обстановки дворцов Корвесу больше нравились интерьеры придорожных пивнушек. Поэтому, оставив жену вместе с детьми в столице под присмотром Его Величества, наследный принц с легким сердцем и деньгами отправился через море вдыхать ни с чем несравнимый запах свободы. Или вонь пролитого с вечера на столешницу пива, смешанного с потом отработавшей ночь дешевой шлюхи.
Юные принцы постепенно росли. Но их мать, уроженка вольных степей, загнанная требованиями двора в строгие рамки этикета, постепенно угасала. Единственное, что удерживало изнуренное тело и отчаявшуюся душу в этом мире – это ее младший сын. Если за будущее старшего из сводных братьев, Волдена, она была более-менее спокойна, поскольку тот походил на отца бездумным и легким отношением к жизни, то младший, Герден, был слаб здоровьем и капризен. Ему постоянно требовалось ее внимание, без которого он отказывался одеваться, заниматься и гулять. А когда женщина окончательно слегла и скоро умерла, мальчик напрочь закрылся для внешнего мира. Он совершенно перестал реагировать на свет и тень, голоса и запах пищи. Отказывался есть и целый день сидел в углу детской комнаты, глядя в одну точку до тех пор, пока няня насильно не вставляла ему в рот соску. Видя такое дело, Его Величество попытался вызвать его отца Корвеса. Но тот ехать отказался, объяснив свое нежелание тем, что Король взял заботу об его отпрысках на себя и теперь может делать с ними все, что заблагорассудится. Поэтому любая поездка лишена всякого смысла. И тогда Король, повздыхав и поручив представительские дела премьер-министру двора, решительно оставил столицу и уехал с мальчиками и няньками в южную провинцию Тамт. Он сам носил безучастного ко всему ребенка в сад, сам кормил и рассказывал веселые истории, совершенно упустив из виду внешне здорового старшего брата. Тем временем, повзрослевший и предоставленный сам себе Волден ночами развлекался с горничными, а дни проводил в компании местной шпаны, с которой как-то залез в аристократический дом и попытался его ограбить. Не от того, что не было денег или хотелось присвоить украденное. Просто ему было скучно. Король схватился за голову. Дети Корвеса оказались абсолютно неуправляемыми: один – потенциальный бандит, другой – аутист. Он уже хотел все бросить, заперев старшего в частном пансионе строгого режима, а младшего – сдать на руки нянькам, как вдруг, перед самым его отъездом, Герден неожиданно заговорил.