Удостоверившись в том, что ее внешний вид не внушал подозрений, Жасмин быстро преодолела остаток пути, оставила коня на попечение грума и, напевая веселую мелодию, вошла в дом быстрой, легкой походкой, беззаботно похлопывая хлыстом по своей голубой юбке. Она миновала вестибюль и уже преодолела половину изящной лестницы, когда Берта, которая, должно быть, поджидала именно ее, появилась на верхней площадке. Ее лицо не предвещало ничего хорошего:
— Ваши родители желают видеть вас в музыкальном салоне. Я не знаю, что случилось, но баронесса вернулась два часа назад из Парижа в исключительно дурном настроении.
У Жасмин дрогнуло сердце. Неужели мать виделась с мадам Тортен и услышала от нее, что она на том балу вела себя несколько опрометчиво? Ну что же, в качестве оправдания можно сослаться на то, что почти все присутствовавшие там кавалеры были в весьма почтенном возрасте и Фернанд оказался единственным молодым человеком, умевшим неплохо танцевать. Но она должна следить за своим языком и называть возлюбленного не иначе, как «маркиз де Гранж»: любая оговорка могла лишь укрепить подозрения, которые наверняка уже возникли. Она быстро сняла шляпу и отдала ее Берте вместе с хлыстом и перчатками, после чего повернулась и спустилась вниз по лестнице, почувствовав себя несколько более уверенно, когда, как ей показалось, был определен подходящий вариант поведения на предстоявшем «допросе».
Музыкальный салон находился через три комнаты от малинового зала, и поскольку двери всех этих помещений располагались одна против другой и были, как правило, открыты, Жасмин увидела родителей еще издалека. Их фигуры окутывал мягкий, рассеянный солнечный свет, который проникал в окна салона через листву деревьев, полыхавшую на солнце ярким огнем. При первых же звуках ее шагов мать обернулась и теперь стояла, сцепив руки перед собой; отец же сидел на диване вполоборота к Жасмин, и она хорошо видела его в профиль. Он пристально смотрел куда-то за окно. Когда она переступила порог музыкального салона, Лорент повернул голову к дочери.
На его лице застыло выражение крайнего недоумения и горечи, которое странным образом гармонировало с гневным взглядом матери. Жасмин почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Похоже, что дело обстояло хуже, чем она предполагала.
— Вы хотели видеть меня? — спросила она, взглянув по очереди на каждого из родителей и надеясь, что они не замечают ее волнения.
Маргарита коротко кивнула и тут же, грозно сверкнув глазами, задала вопрос:
— Правда ли то, что я слышала сегодня? Ты тайно встречалась с маркизом де Гранжем?
Несмотря на то, что она заранее готовила себя к этому вопросу, Жасмин почувствовала, что под ней подгибаются ноги. Но затем любовь к Фернанду придала ей силы, и она, выпрямив плечи, с вызовом ответила:
— Да, встречалась, и не стыжусь этого!
— Как ты смеешь говорить со мной так дерзко?
— А вы предпочли бы, чтобы я вам солгала? — огрызнулась Жасмин.
И тут вмешался Лорент:
— Успокойтесь обе! Давайте обсудим это дело здраво. Прежде всего нужно сесть.
Маргарита, кипевшая возмущением, вздернула подбородок и продолжала стоять. Она чуть было на забегала по гостиной, но сдержала себя. Жасмин же, напротив, вняла призыву отца и села на краешек ближайшего к нему стула, бросив в его сторону признательный любящий взгляд.
— Мне очень жаль, что все так получилось. Очевидно, у мадам Тортен слишком длинный язык.
Недовольный этим предположением, Лорент нахмурился:
— Ты несправедлива к этой добропорядочной женщине. Твоя мать совсем недавно разговаривала с ней, надеясь, что она опровергнет сплетни, которые уже начали распространяться. Мадам Тортен даже и не подозревала ни о чем! Она была недовольна твоим поведением на балу, но подумала, что после хорошей взбучки ты больше не повторишь подобной ошибки, в противном случае, она бы первая предупредила нас. Однако после разговора с Изабеллой все твои другие неблаговидные поступки выплыли наружу…