— От вас требуется всего лишь оставить мне список тех, кто нуждается в продовольственной помощи и другой заботе. Что же касается школы, то моя вторая дочь уже учила детей до приезда сюда и с радостью возобновит это занятие.
Жасмин продала свои мастерские за умеренную цену управляющим. Прекрасно зная их лично, она могла быть уверена в том, что новые владельцы будут держать на высоте качество изготавливаемых вееров и улучшать условия труда мастериц. Последнему обстоятельству Жасмин всегда уделяла самое пристальное внимание. Когда все это было сделано, и Говены получили уведомление о перемене места жительства Жасмин, она оставила замок Вальверде навсегда и отправилась в Версаль в карете, которую ей подарил отец. Это был последний подарок барона своей дочери перед тем, как он отбыл в мир иной.
Долгое путешествие подходило к концу, и Жасмин могла сразу проехать домой, минуя Версаль, но не могла отказать себе в удовольствии снова взглянуть на дорогие сердцу места, где пошла ее незабываемая, бурная юность. Эта дорога подходила к Версалю с запада, и когда ее карета снова покатилась по брусчатке Плац-де-Арм, Жасмин увидела величественный, сверкающий позолотой дворец, резиденцию короля Франции и его правительства. Постоянно открытые ворота, казалось, приветствовали возвращавшуюся Жасмин и напоминали о приглашении мадам де Помпадур. Как всегда, просторная Королевская площадь кишела людьми и во все стороны по ней катили элегантные экипажи и скромные фургоны. Солнце играло на блестящих позументах мундиров придворных и украшениях их дам, гулявших по площади. Рядовой люд озабоченно спешил по своим делам, а те, кто располагал временем, глазели вокруг, часто посматривая в сторону центрального балкона восточного крыла, где находились покои короля, надеясь увидеть его хотя бы мельком. Жасмин чувствовала себя так, словно никогда и не уезжала отсюда: лишь изменившаяся мода говорила о ее долгом отсутствии. Даже издали было заметно, насколько расширились кринолины, превосходя своими размерами кринолины всех платьев Жасмин. Это означало, что ей придется вначале обновить свой гардероб, посетив самую модную портниху в Париже, а потом уже представляться маркизе.
Затем ее карета последовала по авеню де Пари, направляясь в Шато Сатори, и Жасмин жадно вглядывалась в знакомые до боли очертания зданий по обе стороны улицы. Сердце у нее замерло, когда за окном мелькнул магазин Маргариты. Последние лье пути казались ей нестерпимо долгими. Она подалась всем телом вперед, когда карета миновала зеленые, с позолоченным верхом, ворота. Там, в конце длинной, прямой аллеи высилось Шато Сатори с бледными, как женская кожа, стенами песчаника. Крыша, украшенная балюстрадой, походила на изящную корону, венчавшую все здание. В окнах особняка отражались листва и цветы хорошо ухоженного парка. Карета еще находилась в середине аллеи, а входная дверь уже широко распахнулась, и оттуда высыпала толпа незнакомых слуг. Они построились в два ряда на ступенях крыльца, образуя коридор, по которому должна была пройти хозяйка Шато Сатори. Первой ее встречала Ленора, которая с годами пополнела и раздалась. Она подбежала к экипажу и, едва тот остановился, сразу же присела в реверансе. Жасмин, не медля ни секунды, спустилась по ступенькам на землю.
— Позвольте мне приветствовать вас в стенах вашего родного дома, мадам! — круглые щеки Леноры порозовели от удовольствия.
— Спасибо… — Голос Жасмин дрожал. — Это день, которого я очень долго ждала.
— К вашему приезду уже все готово. Я взяла на себя смелость устроить вам покои, о которых баронесса Пикард упоминала как о своих первых апартаментах, занятых ею, когда она поселилась здесь в юности.